Книга Пепел на моих крыльях, страница 108 – Рина Белая

Монахи повторили мой жест, подняв свои руки. На их ладонях лежали два других осколка. Они пробудились и тоже начали пульсировать, испуская магию стихии Ветра. Три осколка поднялись в воздух, зависнув над нашими руками, будто ожидая момента воссоединения.

— Альтана… — вдруг разрезал тишину голос Аш'Шарракса за моей спиной, вынуждая меня остановиться и обернуться.

Монахи замерли.

Замер «дракон» в двух метрах от меня, его мощное тело напряглось, словно он боролся с невидимой стеной. Эти два метра были для него непреодолимы. Сила сущности Воздуха, исходящая от осколков, отторгала его, не желая принять ни его разрушающую магию, ни его присутствие. Я видела, как на его лбу, шее и руках вздулись вены. Он сделал короткий шаг вперед, всеми силами пытаясь разорвать эту сдерживающую магию, и его лицо исказила боль, пронесшаяся по телу, словно тысячи невидимых игл пронзили его плоть.

Он протянул ко мне руку, и она замерла всего в нескольких сантиметрах от меня. Его пальцы дрожали. Он пытался дотянуться, но магия Первозданного дракона не позволяла.

В его глазах был ужас, отчаяние и страх потерять меня. Его голос, сдавленный, наполненный болью, сорвался с губ:

— Альтана, иди ко мне.

Но вместо того, чтобы подчиниться, я сделала шаг назад. И еще один. Каждое движение пронзало меня острой болью, словно я предавала его. Он сделал для меня так много, спасал меня, защищал, шел со мной до конца, не зная, что ведетменя к смерти. А в благодарность я пряталась за силой Первозданного дракона, оставляя его позади.

— Альтана, девочка моя. Пожалуйста, иди ко мне. Мне не нравится это место. Мне не нравится эта магия и эти люди, — его голос был наполненный мольбой.

Я замотала головой и сделала шаг назад. Снова.

Слезы текли по моим щекам, горячими дорожками обжигая кожу. Мои губы дрожали, но я не могла произнести ни слова. Я видела, как тьма в его глазах становится глубже, как его лицо, искаженное болью, теряет надежду.

Он опустился на колени, тяжело дыша, его лицо исказилось от боли и ярости. Наконец он поднял на меня взгляд, полный надменной темной решимости. Его голос стал низким, хриплым, пропитанным гневом:

— Я уничтожу весь этот город, если ты не вернешься ко мне. Он задохнется в огне. Я превращу его в пепел.

— Нет, Аш'Шарракс, ты этого не сделаешь, — сказала я тихо. — Потому что, если сделаешь, ты убьешь мою любовь к тебе. Ты уничтожишь не просто город, ты разрушишь все, что связывает нас.

— Любишь? Тогда докажи, — прошептал он, и в его голосе смешались мольба и вызов. — Если ты действительно любишь меня, Альтана, подари мне один поцелуй. Только один.

Я задохнулась и замотала головой. Я знала, что он отчаянно пытается удержать меня. Знала, что как только я позволю ему коснуться себя, он не отпустит.

Я отвернулась, его взгляд прожег мою спину, вырывая наружу беззвучный крик боли, который я так отчаянно попыталась скрыть за слезами.

Задержав дыхание, я прижала сущность Первозданного дракона к груди, и сделала первый шаг навстречу монахам. Они двинулись мне навстречу, их движения были неторопливыми, почти ритуальными, но с каждым нашим шагом боль в моей груди становилась невыносимой. Моя душа рассыпалась на части.

Я предавала того, кого любила.

Сила сущности Первозданного дракона становилась все сильнее, наполняя пространство вокруг давящей мощью.