Книга Очень странный факультет, страница 4 – Ирина Субач

– Эмма! – воскликнула женщина. – Как ты себя чувствуешь? Ты что-нибудь помнишь?

– Эмма? – Я отрицательно потрясла головой. – Никакая я не Эмма.

Поднесла руки к своему лицу и с удивлением уставилась на аккуратные ухоженные кисти, тонкие пальцы, белую кожу без ссадин и мозолей. Куда-то исчез шрам у большого пальца, который заработала в детстве. В приюте говорили, когда меня младенцем забирали из неблагополучной семьи, кто-то из недородителей напоследок решил потушить об меня сигарету.

– Что за… – пробормотала я, свой голос при этом точно узнавая. Но руки и одежда… – Почему я в платье?

– Эмма, – опять позвала женщина. Голос ее из просто испуганного стал паническим. – Доченька…

Вновь вскинула на нее взгляд и с недоверием уставилась.

– Какая еще доченька? Я вас впервые вижу, и вообще, что это за место?

Попыталась встать с кровати, но все помещение будто закружило вихрем и тело предательски рухнуло обратно, в пуховую перину и подушки.

– Мам… – Мальчишка тоже смотрел на происходящее с неверием и испугом. – Нам нужно позвать отца.

Женщина кивнула, и пацан скрылся за массивными деревянными дверьми.

Как я вообще тут оказалась? Зажмурившись, попыталась вспомнить о вчерашних событиях.

Магазин, подстава с деньгами, ночная дорога, яркий свет, удар и вот теперь это.

Но только где?

– Ты сильно ударилась головой, – снова обратилась женщина. – Возможно, у тебя потеря памяти? Эмма, давай поговорим. Сейчас придет отец и мы пошлем за доктором, тебе обязательно помогут.

Она говорила, не затыкаясь ни на минуту, будто пыталась успокоить. Проблема в том, что, к своему собственному удивлению, я не паниковала.

Мне хотелось разобраться, кто сходит с ума?

Я или мир вокруг.

Потому что мои руки не были похожи на мои, а эти царские палаты и одежда точно не подходили для сиротки из приюта.

Понимая абсурдность ситуации, принялась ощупывать собственное лицо, и женщина, называвшая меня доченькой, восприняла это по-своему:

– Твое личико не пострадало, милая, ты по-прежнему самая красивая девушка в графстве. Да, падение не прошло даром, но шишка на затылке до свадьбы заживет… – Она начала нести какую-то чушь про будущую свадьбу, а я только и могла, что трясти головой, пытаясь вспомнить произошедшее между вспышкой света и тем, как очутилась здесь.

– Зеркало! – потребовала я. – Тут есть зеркало?

Кажется, эти слова окончательно взбодрили собеседницу, она вспорхнула с места и бросилась к резному комоду, откуда извлекла зеркало на тонкой ручке.

– Конечно-конечно, милая. Вот, узнаю свою дочь, даже в такой ситуации всегда заботится о внешности. И какого лешего, спрашивается, ты полезла на эту лошадь? Вот, держи!

Зеркало в тонкой кованой оправе перекочевало в мои руки, кожу укололо холодом металла, а сердце пропустило удар,едва увидела свое отражение.

Замотала головой, попыталась зажмуриться.

– Я сплю… это все сон.

Даже ущипнула себя, ведь такого не бывает.

Из зеркальной глади на меня смотрела я, безусловно я. Но не та, которой была вчера, а как будто другой человек.

Кожа на лице стала ухоженной, идеально гладкой, алебастровой, как после фотошопа наяву, даже небольшой шрам над бровью, который отчетливо помню со вчерашнего дня, исчез.

Волосы – такие гладкие и блестящие, заплетенные в замысловатую прическу, с шаловливо свисающими локонами цвета золота. И все бы ничего, но два года назад я выкрасила свои в черный, а потом добавляла цветных прядей… Эти же локоны никогда не знали краски.