Книга Возлюбленная берсерка, страница 31 – Любовь Оболенская

А пото̀м мы с Рагнаром вместо свадебного путешествия просто гуляли по окрестностям, смеялись, взбирались на скалы, либо просто стояли держась за руки и глядя друг на друга.

И, несмотря на мороз, нам не было холодно, потому что «любовь согревает» — это не просто красивые слова. Это реальность, которую можно ощутить лишь в том случае, когда действительно всем сердцем любишь другого человека...

...Вторые сутки беспрерывного празднества подходили к концу.

Начинался третий день, и пора б уже было заканчивать с обжорством, пением, бесконечными рассказами о подвигах предков и плясками вокруг очага с горящими в нем говяжьими костями, когда внезапно с улицы донесся крик дозорного:

— Вижу толпу людей на дороге, ведущей из Каттегата!

Понятное дело, все ломанулись на стены крепости.

И то, что мы оттуда увидели, никому не понравилось...

Со стороны Каттегата шла не толпа людей.

Это двигалось войско.

Причем вооруженное и снаряженное не для охоты, и уж точно не для похода в гости к добрым соседям.

— Кажется, в Каттегате нет столько воинов, — заметил Рауд.

— В Каттегате нет, — согласился Ульв. — Но если собрать людей с Эресунна, а также Большого и Малого Бельта, то как раз такое стадо и наберется.

— Думаю, надо закрыть ворота и всем вооружиться, — сказала я. — Вряд ли они с ходу полезут штурмовать стены Скагеррака — тем более, что я не вижу у них ни лестниц, ни даже шестов. Значит, для начала будут разговоры. И лучше, если мы покажем, что готовы беседовать — но если придется, то станем сражаться до конца.

— Верно говоришь, королева, — кивнул Тормод. — Так и сделаем.

...Войско соседей приближалось не спеша, словно они хотели показать нам, что особо не торопятся. Мол, куда вы денетесь, жители побережья, когда мы вас окружаем подковой с трех сторон? По заснеженному льду фьорда побежите до самого океана? Забавное будет зрелище, особенно для наших лучников, давно не стрелявших по таким заметным целям на белом снегу...

Наконец соседи остановились на расстоянии полутора полетов стрелы английского лука — видимо, были в курсе как стреляют Кемп и его соплеменники. Тем не менее, я хорошо разглядела лица, знакомые по ярмарке в Каттегате. Ульв был прав: тут были воины из всех четырех поселений, в результате чего собралась очень неслабая армия, раз в пять превосходящая числом всех жителей Скагеррака, включая женщин и детей.

— Плохо дело, — пробормотал юный Альрик. — Если они все разом бросятся, недолго мы тут продержимся, несмотря на крепкие стены.

— В Каттегате-то они повыше будут, — вздохнул Рауд. — Надо было такие строить.

— Хорошо хоть эти есть, — проворчал Тормод. — А то б добрые соседушки, думаю, уже бы весело плясали на наших трупах.

...Кстати, насчет поговорить я оказалась права.

От войска соседей отделился высокий плечистый блондин в длиннополой кожаной куртке с воротником из волчьего меха.

Я узнала его.

Это был Гуннар.

Правитель Каттегата, проигравший мне поединок на осенней ярмарке.

На левой руке Гуннар нес щит, выкрашенныйв белый цвет, который на фоне громадной фигуры викинга казался игрушечным. Щиты цвета первого снега скандинавские воины вывешивали на носу драккаров, возвращающихся домой с победой — чтоб соплеменники, ожидающие своих родичей, видели, что вик прошел успешно, и корабли плывут домой с богатой добычей.