Книга Медиум ведет расследование, страница 65 – Екатерина Н. Севастьянова, Майя Вьюкай

— Прости, Чарли. — Я положила ладонь на его руку, с силой сжимающую дверную ручку. — Мне очень жаль, что все так получилось. Правда жаль. Ты не должен был видеть то, что видел. — К глазам подступили непрошеные слезы. Чувство вины не отпускало меня по сей день. Тяжело понимать, что ты разрушила чью-то жизнь, пусть и не намеренно. — Я бы очень хотела отмотать время назад и все исправить, но не могу.

Чарльз опустил взгляд на наши руки. Альтер тоже на них посмотрел, подумал секунду о чем-то и неоднозначнохмыкнул.

— Уж не знаю, что ты там натворила, — глубокомысленно заявил он, — но убиваться по этому поводу точно не стоит. Я бы все тебе простил. И этот Чарльз простит, а если не простит, то пусть тогда идет на хер. Жизнь — штука сложная и непредсказуемая. Всякое случается. Забей. Нельзя распускать нюни по каждому поводу и доводить себя до состояния чокнутого бомжа с отклонениями. Ты только глянь на него — он жив и здоров, единорогов вон рисует, и еще чем-то недоволен. А я — мертв! Вот это настоящая проблема! И то стараюсь не унывать.

Я осуждающе глянула на Альтера.

— И не надо такие глазенки злобные делать, — фыркнул он. — Я имею право на собственное мнение.

Чарли выдернул руку из-под моей ладони.

— Мне жаль Джейка, — произнес он после томительной паузы. — Он был хорошим человеком и не заслуживал смерти. Сочувствую тебе. Вы были не разлей вода.

Мне не нужно сочувствие, мне нужна помощь!

— Его убийца на свободе, Чарли. Убийца Джейка безнаказанно разгуливает по улицам Лондона. Серийный убийца! Есть и другие жертвы. И наверняка будут еще.

Чарли несогласно покачал головой.

— Джейк спрыгнул с моста и утопился, Рейч. Ты сама писала, что полиция пришла именно к такому выводу. И я им верю.

А я нет.

— Его убили. Это точно.

— Или он просто не выдержал всего, что знал, и решил покончить с собой. Я тоже об этом думал, после того, что увидел. Мой мир был разрушен. Я не понимал, что реально, а что нет. Меня чуть в психушке не закрыли.

Альтер закатил глаза.

— Слабак.

— Но Джейк был другим! — не согласилась я. — Ему нравилась своя жизнь, нравились тайные знания, которыми он обладал. У него никогда не было депрессии или суицидальных мыслей. Никогда! Он был счастлив. Понимаешь?

Чарльз тяжело вздохнул.

— Ладно. А от меня-то ты чего хочешь? — устало спросил он.

— Два портрета. Нарисуй всего два портрета по моему описанию. И я тут же уйду.

— Я думал, ты закрыла агентство.

— Закрыла. Но детективом я быть не перестала.

Чарльз со стоном потер переносицу, размышляя.

— Два портрета?

— Да.

— После чего ты исчезнешь из моей жизни со всеми своими монстрами?

— Если ты этого хочешь.

— Хочу! — Он нехотя распахнул дверь. — Два портрета, и все. Ты забываешь сюда дорогу.

— Спасибо! — я пискнула от восторга, влетая вдом, пока он не передумал. — Обещаю, ты меня больше не увидишь!

— Не обещай, — проворчал Чарльз, запирая дверь, — если не сможешь сдержать обещание.

Альтер скривился.

— Нам обязательно сотрудничать с этим психом?

— Да, — прошипела я, обернувшись к Альтеру, — обязательно. И хватит его оскорблять!

— Не могу, он сам напрашивается.

Чарльз перекрестился.

— Даже знать не хочу, с кем ты сейчас разговариваешь.

— Сама с собой. Привычка такая.

— Ага, — не поверил он, — сама с собой, как же. За дурака меня держишь?

Мы провели у Чарли около двух часов. Альтер в деталях описывал мне лица «мародеров», а я пересказывала слова Альтера Чарли, который поэтапно прорисовывал монстров, — светящиеся оранжевые глаза с вертикальными зрачками, мощные надбровные дуги, широкие звериные носы, темные губы с белой полосой посередине, серая густая шерсть. Демоны. Точно демоны. Волкоподобные демоны, которые наполовину сбросили человеческое обличье, чтобы усилить свой нюх и инстинкты.