Книга Другая история Золушки. Темная в академии Светлых, страница 106 – Анна Платунова

К нам уже бежали со всех ног гвардейцы с воплями: «Отошла от него!»

– Все в порядке! – в свою очередь орал Роэн, пока меня оттаскивали прочь, заламывая руки.

Он выдрал меня из тесных и отнюдь не дружественных объятий черных мундиров, на мгновение задержал ладони на моих плечах.

– Эль, давай попробуем остатьсядрузьями, – тихо попросил он: в голосе мешались грусть и раскаяние, я же чувствовала лишь опустошение.

– Никогда! Наши дороги отныне расходятся! Живи свою дурацкую, одинокую и трусливую королевскую жизнь!

Я развернулась и поторопилась прочь, шмыгая носом. Это ветер выбил слезы из моих глаз, и скулы сводит от холода, а не от душевной боли…

– Оставьте ее! – крикнул Роэн кому-то за моей спиной.

Я ворвалась в комнатушку, накрыла голову подушкой и повыла в нее, как дикий зверь. Плевать. Я свою миссию выполнила. Завтра наступит новый день, в котором не будет места крокодильшеству.

…Шлеп! Мокрая капля растеклась по моей щеке. Я подскочила на постели, точно меня огрели по голове сковородкой. Ну нет, это просто дождь: осень на дворе, вот он и льет каждый день. Иногда дождь – это просто дождь.

На столе лежал мешочек, полный сухарей, которые мы съели вчера. Трясущимися руками я принялась ощупывать шею – порез исчез бесследно.

– Да ладно… – выдохнула я, а потом заорала, запрокинув голову к потолку и обращаясь, видимо, к Пресветлому или к самой судьбе: – Да сколько же можно!!!

– Задаюсь тем же вопросом! – сообщила запертая дверь голосом Роэна.

Я схватилась за виски и принялась ожесточенно массировать их. Не хватало только помутнения сознания после всех обрушившихся на меня несчастий – двери разговаривают! Что дальше? Пауки на моем платье примутся танцевать?

– Открывай! – не унималась дверь. – Сейчас же!

Хм, похоже, не галлюцинация. Вот только не знаю, что хуже: игры разума или взбешенный Роэн, а он, судя по резкому тону, пребывал не в самом благодушном настроении.

– Не открою, – заявила я, не двигаясь с места и натягивая одеяло по самую шею, точно крокодильшество мог видеть сквозь стены, хотя, насколько я знаю, боевые маги не способны на подобные фокусы. – Во-первых, я с тобой не разговариваю. Во-вторых, я не одета. В-третьих, я сегодня не принимаю гостей. И из комнаты вовсе не собираюсь выходить!

Я ожидала, что Роэн – конечно, это он во плоти стоял с той стороны двери и страшно злился —разразится гневной тирадой, но он молчал, чем еще сильнее меня нервировал. Потом все же заговорил. Вкрадчиво и тихо.

– Эль, у тебя два варианта. Ты оденешься, впустишь меня, и мы поговорим, или я на счет десять высажу дверь.

– Как ты меня достал! – крикнула я, ногами сбивая одеяло на край кровати.

Я злобно лягала его, представляя, что пинками прогоняю Роэна из комнаты, из общежития, из академии, да и, пожалуй, из Соларина. Потом натянула платье, пригладила волосы, с треском распахнула дверь и с вызовом уставилась на незваного гостя, скрестив руки на груди.

– Ну? Хотел говорить – говори!

– Что ты сделала, Эль? – прищурился Роэн.

Он явно одевался впопыхах. Это высочество-то, знающий толк в моде и любящий красивые вещи, даже слишком яркие, как по мне. Сейчас на нем были домашние мягкие штаны и простая хлопковая рубашка с расстегнутым воротом, поверх всего небрежно накинут непромокаемый плащ, блестящий от воды.