Книга Безумная вишня, страница 89 – Дария Эдви

Витале заглянул мне в глаза со странной улыбкой:

─ Тоже любит тебя.

Сердце так забилось в груди, что кровь прилила к щекам.

Мы с Руджеро никогда не говорили друг другу ничего подобного. Может, этого и не нужно, чтобы понять? Витале же как-то понял.

─ Почему ты так думаешь?

Никогда бы не подумала, что Витале именно так воспримет мое признание, что оно его… не взбесит? Я не знаю. Он же так ненавидел Аллегро, а особенно Джана, слишком похожего на Руджеро, чтобы так спокойно воспринять мои с ним отношения.

─ Он беспокоится о тебе, ─ вздохнул он. ─ Хочет защитить. А в нашем мире и в ситуации между Сант-Хиллом и Клофордом это что-то да значит.

Я смотрела на Витале и не видела в нем больше того маленького брата, которым он всегда был в моих глазах. Парень вырос, а я и не заметила.

Витале поднялся и протянул мне руку, за которую я схватилась, и помог мне встать на ноги.

─ Иди в комнату, я тут все уберу.

Поджав губы, кивнула и вышла из ванной.

В спальне до сих пор не было света, поэтому я подошла и включила светильник у кровати. Эта тьма и так поглощала меня со всех сторон. Не хотелось, чтобы она поселилась и в моей собственной комнате.

Присев на край, поджала под себя ноги.

Когда я рассказала Витале обо мне и Руджеро, о Гоцоне, то мне даже стало чуть легче дышать. Будто в этом огромном пузыре из боли появилась щель, сквозь которую был виден свет.

Поддержка младшего брата и голос Руджеро успокоили мою истерику. Я не была в порядке, но стало немного лучше.

Витале вышел из ванной с мусорным пакетом в одной руке и разбитым зеркалом в другом пакете ─ во второй. Он поставил их рядом с дверью и подошел ко мне, сев рядом.

─ Знаешь, Инес, ─ начал он, ─ я никогда бы не подумал, что тебе так тяжело, пока не увидел это сегодня. У меня были предположения, что что-то не так, но я не мог понять, почему.

Брат крутил кольца на своих пальцах, нервничая, пока говорил мне эти слова. И не поднимал на меня глаз.

─ Я знал, что в этом могли быть замешаны Аллегро, но, опять же, не имел веских доказательств, кроме твоих слез в ту ночь, когда мы ездилив казино.

Ночь нашей первой игры. Ночь нашего первого поцелуя. Ночь, которая изменила все.

─ У нас не все гладко с этой семьей, ты это знаешь. ─ Его темные густые брови свелись к переносице. ─ И поэтому я даже и не посмел бы спросить. Думал об этом, врать не стану, но всегда откидывал эту мысль из головы. Она казалась мне безумной, впрочем, как и сам Руджеро.

Он грустно усмехнулся, и край моих губ дернулся в полуулыбке.

─ Это все сложно переварить. ─ Брат нервно провел по волосам. ─ И я должен рассказать Риккардо, хотя бы про Гоцона.

Его взгляд остановился на моей шее. В нем я видела миллион извинений, которые кружились на пару с нарастающей злостью.

─ Не нужно. Я справлюсь с этим, обещаю.

Он покачал головой:

─ Дело не в том, справишься ты или нет. Я знаю, что справишься, ─ сказал Витале. ─ А в том, что он обязан тебя защищать. Именно по этой причине Рик и выбрал его в качестве твоего будущего мужа. Но он этого не делает, а даже наоборот, сам вредит тебе.

─ Если Риккардо узнает об этом, то…

─ То он даже слушать не станет оправдания Гоцона, ─ перебил меня Витале.

─ Гоцон может вывернуть все так, что это сделал Руджеро. А в должности Капо ему удастся это еще и доказать. Он скажет Риккардо, что Руджеро преследует меня, чтобы наш брат убил его. ─ На последнем слове у меня дрогнул голос.