Онлайн книга «Первое испытание»
|
В отличие от меня коллектив был в ударе. Пообщаться на тему кто и насколько изменился за время отпуска они, похоже, не успели и теперь развлекали меня рассказами о сокурсниках. Если бы не солдафонский юмор… Благодаря Андрею и Ревазу я была знакома с этой частью армейских будней, так что понимала, где и над чем смеяться. И все было бы просто замечательно, не испорть все сама. – Саш, – перебила я Трубецкого-младшего, который собирался поведать нам очередную байку, – а что это было там, у академии? Он как-то резко замкнулся. Бросил взгляд исподлобья на явно подобравшегося Игоря. Реакция была странной. Более того, для меня она оказалась совершенно неожиданной. Я-то рассчитывала на то, что сведут все к шутке, намекая на их мужские игры, а тут… – Уверена, что хочешь знать? – после недолгого, но многозначительного молчания мрачно поинтересовался тезка. Вопрос был из тех, на которые ловятся, как на крючок. Я исключением не стала. – Да, уверена, – солгав, твердо произнесла я. Вступления оказалось достаточно, чтобы включился инстинкт самосохранения, намекавший, что многие знания – многие печали. Вот только отступать было поздно. Сказав «а»… Прежде чем заговорить вновь, тезка расстегнул пуговицу на воротнике-стойке парадного кителя, потянув за цепочку, вытащил наружу похожий на часы амулет. Только вместо стрелки был черный овальный камень. Повернув этот самый камень, Трубецкой-младший «выставил» его на шесть часов. И лишь после этого вновь посмотрел на меня. Защита от подслушивания! У отца был такой амулет. Техническими средствами не пробить. Да и магией ключик подобрать непросто. – После той истории отец для вразумления показал мне одну бумагу, – сложив руки на груди, неохотно принялся объяснять тезка. Начало было не очень приятным. Та история, когда я осталась один на один с двумя слетевшими с катушек наркоманами. Антонина Ушакова и ее парень. Вседозволенность и избалованность с одной стороны. Извращенная любовь – с другой. Сочетание получилось страшным, отметившись кровавым следом. – Какую бумагу? – отставила я практически еще полный бокал. Машинально пододвинулась. Особой нужды не было – амулет надежно прикрывал от подслушивания, но когда речь заходит о тайнах… В таких случаях хочется быть как можно ближе. – Свидетельство о временном попечительстве над девицей дворянского происхождения, именуемой Салтыковой Александрой Игнатьевной, – не отводя взгляда, четко, по слогам произнес он. – И не просто свидетельство, а еще и с резолюцией его императорского величества, что делает эту бумагу особо весомой. Я отшатнулась, когда он еще только начал говорить. Схватилась за стакан с коктейлем, тут же вновь поставив его на место. Потянулась за салфеткой… Игорь перехватил руку. Бережно сжал ладонь… Я оценила его желание поддержать, но вместо слов благодарности за чуткость в голове набатом билось: «Отец! Отец. Отец…» Нет, с ним все было в порядке, я чувствовала. Но это сейчас. А вот что будет потом?! – Саш, – взгляд тезки несколько смягчился, – такое попечительство оформляется, когда родители несовершеннолетнего служат в определенных структурах и выполняют особое задание. И твое настоящее имя не важно… – Меня зовут Александра, – перебила я его. Закрыла глаза, чувствуя, как близко подступила паника. |