Книга Ловушка для видящей, страница 78 – Ти Шарэль

— Вот на что это похоже… — вырвалось у меня.

— Да. И видящие не видят призраков днём.

— Что это меняет? — с нажимом сказал Глеб. — Для нас, да и для вас?

— Охотники обладают не только возможностью хранить энергию в собственных телах. Нам доступно и другое знание. По сути, гарант независимости и безопасности.

— Что это может быть? — не скрывая недоверчивости, спросил Вик.

— Мы знаем, как изолировать наши миры.

— Как это? — вклинилась я.

— Проклятые не всегда нападали на людей, Свята. Прогресс столкнул наши вселенные, сделал нас врагами. Государству не выгоден такой расклад, поэтому картины, изображающие такую пастораль, — Глеб кивнул наодинокого долмата у воды, — уничтожили. Книги, где описывались повадки и примитивный быт призраков, сожгли. Но знание убить нельзя, естественно, что часть источников уцелела.

— И что именно случилось?

— Никто не знает, как люди научились использовать энергию проклятых. Но, случившись однажды, это изменило ход нашей истории. Знаете сколько энергии несёт в себе один призрак?

— Две тысячи единиц, — предположила я.

— Ну это вы знаете, да. А ёмкость этих единиц такова, что все приборы в отдельной взятой квартире работают за десять единиц в месяц. То есть один проклятый может обеспечивать девятиэтажный дом энергией полгода.

— Пречистый Отец… — прошептала я.

— И все это без загрязнения атмосферы, истощения ресурсов. Чистая, мощная и безопасная энергия. И совсем маленькая плата — мы отдали страху свои ночи.

— Но почему? Проклятые мстят за своих убитых?

— Скорее пытаются вернуть свое. Не думаю, что они обладают разумом. По крайней мере в том смысле, который вкладываем мы. Мы пользуемся их энергией, и наши тела поглощают ее. Маленькие дети в безопасности только потому, что их тела до определенного возраста не способны аккумулировать в себе электричество.

— Это замкнутый круг, — задумчиво сказал Виктор, внимательно прислушивающийся к разговору. — Мы забираем энергию у них, они — у нас.

— Да, но, первоначально, это энергия не нашего мира.

— Ты сказал, что есть способ изолировать наши миры друг от друга, это правда?

— Да. Это и есть наши гарантии, Виктор. Гораздо более надёжные, чем торговля электричеством.

Назад мы возвращались в тишине, погруженные в свои мысли. Я, может быть, и хотела обсудить пару вопросов, но не в присутствии Глеба. Решилась я только тогда, когда мы вернулись домой. Было ещё светло, Мира занималась в центре, а Мит уехал в город ещё до нас.

— Ты ему веришь? — с порога спросила я.

— Я верю, что он верит, — расплывчато сказал Вик и прошел в нашу комнату переговоров — кухню.

— Звучит, как бред, — горько высказалась я, падая на стул. — Моя жизнь была гораздо проще, когда я думала, что отважно защищаю людей от потусторонней гадости.

— А потом оказывается, что гадость не вполне гадость, а вполне осязаемое существо, которое пришло забрать то, что у забрали насильно у его вида?

— Да, — я поежилась. — Получается,что у них есть самки, детёныши. Их притягивает в города неосознанно, а там мы, со своими ловушками. Или охотники, которые призывают их на убой пачками.

— Что мы можем сделать, Свята? Наш мир зависит от энергии. Фабрики, заводы, машины, дома. Все работает на электричестве.

— Я знаю, — тоскливо протянула я, — но как хорошо было верить в ветряные мельницы.