Книга Дар огненной саламандры, страница 131 – Ти Шарэль

"Хорош", — довольно сказала Ярра.

— Я слышу ее! — воскликнула я, задохнувшись от радости, и прислушалась к себе. Пустоты, тянущей из меня душевные силы, больше не было. Ей на смену пришло спокойствие и умиротворение. Чувство, что, наконец-то, все на своем месте.

— Ты плачешь? — неверяще сказал Аверик, осторожно вытирая мокрые дорожки с моих щек. — Я был так плох?

Я оценила его попытку пошутить, но ответить не смогла, расплакавшись навзрыд и по-настоящему — со всхлипываниями и подвыванием. Слезы смывали все — скопившееся напряжение, беспокойство, тревогу и недоверие. Мои страхи и отчаяние, боль и усталость.

Герцог переполошился не на шутку. Плачущая женщина — испытание для любого мужчины, а Аверик к такому был совершенно не готов. Он прижимал меня к груди, гладил меня по волосам, похлопывал по спине и растерянно бормотал:

— Юлия, прошу тебя. Скажи мне, что случилось. Я все решу. Только, пожалуйста, перестань плакать. Ты вынимаешь из меня душу.

А я не могла остановиться и на секунду, чтобы успокоить его и сказать, что порой плакать можно и от счастья.

У меня много вопросов и парочка претензий, но я задам и выскажу все потом. Твердая уверенность в нем, в себе и в своих чувствах прочно укоренилась во мне. Мы решим все вместе, все пройдем и преодолеем. В конце концов, нас даже не двое, нас практически четверо — два нашедших друг друга вита и их окрыленные надеждой драконы.

Меня знобило. Это если так можно назвать крупную дрожь, от которой подгибались ноги. Руками я вцепилась в плечо Аверика, и оттого его рука тоже ощутимо тряслась. Какое-то время он тревожно поглядывал на меня, потом плюнул на условности, и, не обращая внимания на возмущенный взгляд жреца, выдвинул меня перед собой, прижав спиной к твердой груди и накрест обхватив горячими руками. Под таким натиском страх, вызывающий дрожь, спрятался куда-то глубоко, забрав с собою и озноб.

Я нашла в себе силы оглядеться. Этот зал отличался от того, что я видела в видении Дмитрия. И в то же время он был точно таким же. Вместо каменных стен — резные колонны, вместо естественного каменного бассейна — мраморный. Но освещение, запахи и общий антураж навевали точно такое же благоговение и страх. И этот алтарь за бассейном... Гладко отполированный, огромный и вызывающий странные чувства — темного ужаса, необъяснимого восторга и... тайного предвкушения.

Жреца в видении Дмитрия почему-то тоже не было. Видимо, тогда я видела только часть обряда, а сейчас имела честь присутствовать с самого начала, хотя и не понимала ни слова из того, что говорил служитель святилища.

Мои нервы были опаснее оголённых проводов, и даже простые поддерживающие прикосновения Аверика очень скоро стали обжигать сквозь тонкую ткань полотняной рубашки. На нем тоже были только свободные светлые штаны и тонкая туника на завязках у горла. А вот жрец был наряжен в несколько слоев парчовой и бархатной ткани, увешан кистями, лентами, шнурами и цепочками. Я сначала даже восхитилась его выносливостью, но потом мужчина начал меня раздражать. Своей неторопливостью, гневливыми взглядами на малейшее наше движение, монотонной речью и... вообще!

Ярра, в отличие от меня, была в экстазе. Добившаяся своего драконица ловила чистое блаженство и, кажется, получала удовольствие буквально от всего. О сути обряда она молчала, отделавшись туманными намеками. Такими смутными, что я почувствовала себя средневековой девственницей, которой пытаются рассказать о предстоящей брачной ночи с помощью цитат из божественных книг.