Книга Эльфийский приворот, драк-кот и Новый год. Зима в Академии, страница 91 – Мария Вельская

Мы куда-то шли, я радостно болтала лапами, вокруг было совсем темно и слышались иногда чьи-то вопли. Впрочем, в этой форме темнота помехой не была. И я продолжала видеть следы магии. Например, тонкий подгорелый след, что виднелся у склепа, нырял в противоположную сторону. Но мне было слишком лень спрыгивать и куда-то лезть.

Очевидно, в какой-то момент мозг перезагрузился, и я вообще выключилась, придя в себя  от жаркого спора.

- Ты мне ещё что-то говорить будешь, эльф! Упустил мою дочь, подверг её опасности, да ещё и след преступника потеряли! – шипел разъяренный голос Деймора Айто.  – А у тебя  Найшиас что вообще на занятиях творится?

Память вернулась. Медленно, одно за другим всплывали в голове события. Я закопошилась и почувствовала, что меня осторожно поглаживают по… шерсти?! Я все ещё паукан? Открыла глаза – все восемь.

Я лежала на коленях Деймора Айто. С его пальцев срывалась то и дело приятная серебристая магия, которая впитывалась в  мою шерстку. На удивление сбежать не хотелось – в чем-то было даже приятно.

- Это кто-то из студентов, это точно, - мрачно бросил куратор.

Мы, похоже, сидели в его кабинете в Академии. За окном окончательно сгустились сумерки.

- Я видела след, уходящий в кусты в сторону, куда-то на северо-запад от склепа, - сказала, с удивлением понимая, что, хотя изо рта и вылетает привычное уже «ты-тц», оно тут же трансформируется во внятную речь.

- Дочь!

- Эгле!

- Адептка! – донеслосьодновременно. И надо мной склонились три знакомые физиономии.

- Тут я, - отозвалась, устраиваясь на коленях отца поудобнее. Мне хорошо, так зачем куда-то бежать? – но так и не поняла, как мне вернуться назад в человека?

Постаралась заморгать всеми глазами как можно жалобнее.

Деймор Айто вдруг, не стесняясь прочих присутствующих, крепко прижал меня к себе, зарывшись носом в шерсть. Я почувствовала, как дрожат его пальцы.

- Жива. Слава всем древним богам, жива! – шептал мужчина. А я почувствовала, как в паре мест шерсть подозрительно намокла, как будто капнули слезы.

Но, когда магистр выпрямился, его лицо было сухо и спокойно. Только глаза сильно блестели. Он перехватил меня поудобнее, несмотря на шипение Тэрса, и продолжил вливать свою приятную силу.

- Понимаю, что ты не простишь меня ещё долго, если когда-нибудь простишь. Но я лишь хотел, как лучше. Хотел, чтобы этот мир принял тебя и не угрожал тебе, как иномирной сущности, отторгнутой  от него в детстве. Другим иномирянам такое не грозит. Но вот те, кто родился здесь, а потом ушел… такой поступок мир считает чем-то вроде  личного оскорбления. И потом может отомстить, если такой потеряшка надумает вернуться.

Все это магистр говорил не вслух, но его голос я слышала по нашей связи, как будто мне шепнули на ухо.

- Прости меня за то, что пытался спасти тебя, лишив свободы и выбора. Я запаниковал  и… это все равно не оправдание. Но я всегда буду любить тебя и присматривать за тобой, дочка, - меня снова осторожно погладили.

Промолчала. Не зная пока, что сказать. Все это надо обдумать на свежую голову. Кажется, мы с отцом действительно слишком сильно похожи. Часто сначала действуем, а потом думаем.

- Так что с Изменением, Деймор? – поторопил отца голос Тэрса.

- Такое бывает обычно у наших детей, - ответил отец, - если их что-то сильно напугает или разозлит, может произойти спонтанный выброс энергии и ребенок примет форму, которая ему наиболее близка и понятна.