Книга Брак по драконьему обычаю, или с Новым Гадом, наследница!, страница 84 – Мария Вельская

— Жареный стейк из лурга, оставить немного крови, напиток — сольг, салат из колбасок, соленого сыра, чиа, зелени и пирожное на выбор леди на десерт, — послышался спокойный прохладный голос Зарраса.

Э-э,когда это он моим суфлером заделался? И почему никто не возразил? Хотя все, что он озвучил, кажется, весьма аппетитно.

— Будет сделано, господин. Госпожа, карта сладостей на столе, — поклонился невысокий Изменчивый.

— Заррас, как это понимать? — Возмутилась, пока остальные заказывали себе еду.

— Сольг будет тебе полезен, он стабилизирует магические потоки, — невозмутимо ответил этот невозможный трау, — вся остальная пища вполне подходит для организма, которому нужны калории на перестройку. Ведь, судя по всему, ты только принимаешь свое наследие.

Мне даже нечего было ответить на такую внимательность. Особенно, когда паршивец добавил, что проконсультировался с целителем. Ну, трау! Ну, заговорщики подземные! Откуда и зачем только такое внимание ко мне, вот чего не пойму, вот что меня волнует! Ведь если мотивы целителя хотя бы понятны — он ищет защиту — то Заррас…

Где-то тут собака зарыта! Даже не собака, а целый ездовой ящер!

Дорогие читатели! Проды будут выходить некоторое время в автоматическом режиме, пока есть запас текста. Меня нагнали последствия ковида, и здоровье сильно пошатнулось. У моих близких тоже сейчас проблемы со здоровьем.

Всех крепко обнимаю.

Пусть эта история дарит вам тепло и улыбку.

Еда была настолько вкусной, что я едва не замычала от удовольствия — хорошо вовремя спохватилась, хороша бы была! Но какая же вкуснотень редкостная! И салат, и стейк из неведомого пока лурга, и сольг — кисло-сладкий, удивительно ароматный напиток, окутывающий запахом трав и дарящий умиротворение.

Мы расслабились. Совсем скоро шумно болтали обо всем на свете. Так я узнала, что Заррас — действительно единственной сын Матери своего дома. Что его мать — одна из самых юных матрон трау и не поддерживает старые порядки. А мужа у неё сейчас нет. Кто его отец Заррас и сам не знает. Причем откровенничал трау преимущественно со мной, явно как-то магича, чтобы его слова не услышали другие.

Шай и Мар, смеясь, рассказывали, что нас может ждать на первой практике. Я, тихонько зажимая рот, старалась не хохотать слишком громко.

— И вот вы представляетес-с, — оживлённо заметил разговорившийся Шай, — мы, значит, гнездо химер зачищаем, а тут Лекут — ещё один наш однокурсник, появляется. Видим, у него, значит, куртка топорщится. Думаем — ну, может, притащил отметить вина или гырдха тролльего. Садимся, костер разводим, все предвкушают — а то так-то на такие вылазки запрещено такое брать.

— Ага, — ухмыляется Мар, — и только мы садимся, только кружки подставляем, — мол, ну, давай, лей! А он смотрит так непонимающе. Думаем, что зажмотил уже. А живот у Лекута вдруг шевелиться начинает… — фэйри понизил голос, его глаза засияли звездами зелеными, по коже пробежали мурашки.

— И что? — Не выдержал Риан.

— И все, — заметил зловеще жестокий фей, — всмятку!

— Кто? — Прохрипел друг.

— Яйца химер, которые этот паршивец решил продать на чёрном рынке, конечно же! — Расхохотался фэйри. — но не все. Тут ещё его куртка орать дурным голосом начинает. Мы подскакиваем, значит, уже думаем, что, может, пора кураторов вызывать и в лечебницу сдавать героя. А ткань лопается — это магией-то укрепленная — и оттуда голова химерьего детеныша! И продолжает орать дурниной, есть хочет!