Книга Брак по драконьему обычаю, или с Новым Гадом, наследница!, страница 32 – Мария Вельская

Поблагодарила я дядьку от всей души.

И уже когда выходила из магазинчика, до меня донеслось протяжное:

— Ско-уро встретимся,дочь пещер! Верь крови своей, да вокруг смоу-три! Крылья серебра-у счастье несу-ут, а наследие твое — во льда-ух! Льды только силу понимяу-ют! А за совет — купишь мне подстилочку из шерсти дикого снежного козла, мрямссс, — донеслось насмешливое.

Я молча вылетела за двери. Так, выше нос, Терри! На ус мотай, даже если голова кругом и не верится. Где там этот рыжий, когда он нужен, какое там кафе я пробежала? Завертела головой, ища знакомую вывеску с приплясывающей и исходящей паром чашечкой неизвестного напитка.

И напоролась взглядом на того самого преподавателя… снежного эльфа. Ледяной, невесомый на первый взгляд красавец стоял, опершись о стену одного из магазинов, и читал какую-то книгу. Казалось, он совершенно не чувствует щипающего щеки холода. Не видит мальчишек, которые запускает разноцветные шары, в которых играет магия, в небо. Не замечает маленьких и дивных ледяных существ, которые осыпают улицы сине-серебристой пыльцой.

Я вздрогнула. Глаза эльфа, в которых разгоралось снежное пламя, буквально пригвоздили к месту. Медленно, очень медленно и плавно, будто плывя над дорогой, мужчина отделился от стены и направился в мою сторону. Почему-то мелькнула дурацкая мысль, что он ждал именно меня.

Вот он быстро пересек улицу, ни с кем не столкнувшись, вот он подошел к ступенькам лавки, на которых я застыла восковой фигурой. Поднял голову, заглядывая снова мне в глаза. Улыбнулся.

— Прелестная тирра, неужели я снова имею честь видеть вас? Признаться, вы только сильнее поражаете мое воображение! — Его голос обволакивал перезвоном вьюги, пел о его чувствах, как буран, что пляшет, бросаясь в окна. — Могу я узнать ваше имя, серебряный цветок?

Мои губы шевельнулись, Душа против воли почти потянулась к нему, как произошли сразу три события.

Брачный браслет обжег руку так, что я вскрикнула, чувствуя, как брызнули слезы. С громким отчаянным мявом на снежного красавца бросился мой кот. А из окна кафе вдруг вылетел водоворот осенних, ярко-алых кленовых листьев, что обернулись Марротом. Вот только глаза его сияли ядовитой зеленью, а в руке блестел кинжал.

— Отойди-ка от моей сестренки подобру-поздорову, любезный мэтр. Она ещё совершеннолетия не достигла, а ты туда же! Арлиноэ, каэ ран! — Выплюнул он яростно в лицо побелевшему эльфу.

— Стражи-и, — коротко взвизгнула какая-то дама,прижимая к себе нежно огромный окорок.

— Ух ты, фей! — Вопль кудрявой светленькой девчонки.

— Прошу простить мою настойчивость, я был влеком восторгом и самыми честными намереньями, — колдовское сияние глаз меня отпустило, и восхищение эльфом как-то потухло. — Но и вам, Кленовая Ветвь, советую в таком случае заняться воспитанием вашей сестры, если уж она в непотребном виде перед мастерами является!

Высказавшись, эльф круто развернулся и буквально растворился в набежавшей толпе.

Маррот ощупал меня, осмотрел, едва ли в рот не залез.

— Девка-у бедоу-вая! — Возмущенно промяукал Мрякс. — Вля-упываться в такое — и без меня!

— Да что случилось-то, а? Он колдовал? — Спросила поспешно.

— Потом расскажу, — наморщил нос Маррот, тряхнув огненными кудрями, — а ты мне, сестренка, — прошипел-прозвенел дивно-ласково прямо в ухо, — расскажешь, где это ты охочему до женского тела ловеласу успела свои прелести продемонстрировать!