Онлайн книга «Брак по драконьему обычаю, или с Новым Гадом, наследница!»
|
Я честно пыталась разобраться в туманных изречениях странной хранительницы. Да, я знала, что оказалась едва ли не в месячном возрасте на пороге детдома. Знала, что воспитательница, что нашла меня, оказалась доброй и порядочной женщиной и пристроила в хорошую семью. К сожалению, папа от нас ушел, когда мне было десять, а мама — три года назад. Но кто обо мне мог позаботиться, да ещё и магическим образом? Маячила предательская мыслишка, конечно. Что не с Земли я. Но я же не в книге, да и это не моя сказка, тут надо руки в ноги — и бежать, пока новой Шахерезадой не сделали! Решительно отбросила все размышления и потёрла ладони: — Куда и как побежим? Мира не знаю, одежды нет, магии этой их — тем более нет! Как догонят меня в два счета — и все… И браслет этот, — подсунула руку лисичке. Та недовольно почихала, потерла нос, а потом… наверное, именно это и убедило меня окончательно в реальности происходящего. Манипуляторша пушистая как будто выше стала, шерсть поднялась дыбом, глаза замерцали, пасть открылась — на зависть акулам! И ка-ак рыкнет! Все, думаю. Сейчас и я присяду, и весь дом… будет до туалета бегать. Ан нет! Браслет сдуло… в буквальном смысле. Он просто рассыпался серебристой крошкой, что на миг обожгла ладонь. — Вот и все, — промурчала пушистая довольно, — а теперь, р-мяф, — пожалуй, придется хорошенько подумать, как бы нам половчее уйти… Но договорить она не успела. Странная татуировка на руке снова зажглась, запульсировала, замерцала — а потом от неё ударил луч силы, образовав передо мной… ой, нет, прямо подо мной — светло-золотой смерч, в который я с почти традиционно возмущенным воплем полетела. Ну что за мир, а? Тягают бедную попаданку, как игрушку, из стороны в сторону! Впрочем, пустьтеперь этот маг великий, властелин ужасный ищет очередную замену своей дочурке! А я умываю руки и вовремя делаю ноги! Хоть тут повезло! Я ещё ощутила, как мне прямо на голову прыгнула лисишка, как дверь с грохотом распахнулась и… воронка сомкнулась над головой, чтобы в следующую секунду выбросить где-то, впечатав в жесткое сильное тело. Послышалась отчаянная ругань. Правда, слова были совершенно непонятными. Чей-то изумленный вздох, вскрик. Снова шорохи. — Это ещё кто, милый? — Изумленное. — Это? — Голос над моим ухом. Остановите, мир — или мгновение, на худой конец! Что за голоса в этом мире! Оперные певцы рыдают от зависти, рвут на себе волосы и уходят в закат! Он переливался жемчужинами редкостной красоты, накатывал огромной волной морской, захлестывал с головой мерцающей белым пеной, будя обжигающее томление. — А это, прекраснейшая моя тирра Норриот, моя невеста. Так что, очевидно, брак между нами никак невозможен, и вы, моя дорогая, не можете соединить свою судьбу с моей. Мою талию обняли ещё крепче, вжимая меня лицом во вкусно пахнущее хвоей, почему-то туей и той самой соленой пеной плечо. Куда я попала снова? И не было ли отличной идеей всего-то-навсего выйти замуж за какого-то противного сморчка, закутаться в местную паранджу и мирно вязать до конца жизни носки?! Шучу. Я ещё не настолько отчаялась. Завозилась. Объятия стали жестче. — Эрцгерцог, вы дорого можете заплатить за срыв помолвки с моей дочерью, — чей-то надменный голос, — наши договоренности… И тут помолвка! |