Книга Негодный подарок для наследника. Снежные узы, страница 136 – Мария Вельская

Что могло заставить одного из сильнейших магов империи, брата главы одного из самых могущественных кланов, заняться этим делом?

Страх вдруг ошпарил, накрыл с головой. Страх убивал прежде самой смерти. Губы затряслись, сжало грудь, заледенели пальцы.

Из зеркала на меня смотрели выпученные глаза очень грустной рыбки. Выкинут из аквариума — или дадут ещё поплавать?

Рыбка отчаянно хотела жить и била хвостом. Спасите мои жабры!

Быстро прекрати косплеить воблу, Алиска! Ли Ссэ, где там твой разум и твоя гордость?!

Сосулька, как же не хватает рядом близкого человека. Чтобы поплакаться в жилетку, пожаловаться на жизнь,Зиму-заразу и просто обсудить местные порядки. Даже по Аргу уже скучать начала, отходчивая я девица, забыла все его прошлые выходки. Это и было — в другой жизни.

— Я готова! — Объявила подрагивающим голосом.

В покоях целителей было пустынно. Мне хотелось уцепиться когтями за ближайшую деревяшку (когти мне на поединке точно привиделись, не было от них сейчас ни следа) — и горестно завыть брошенной банши.

— Идёмте, ашсара, — склонил голову брюнет.

Он не предложил мне руки, не оглянулся, чтобы проверить, что я иду за ним, но… Что-то мне подсказывало, что шаг вправо — шаг влево — и быть тебе, Ли Ссэ, хоть тушкой, хоть чучелком.

Пальцы вцепились в пояс. Полезли мысли о фэйчи и нажейго. Что если про них узнали? Кому уже известно о моем даре? Почему меня бросили вот так — без подготовки, без объяснений?

В коридорах было шумно. И везде мужчины-мужчины-мужчины.

Взрослые, умные, опасные. Маги. И я — синяя ворона с белой нашивкой пиктограммы заклинателей на одежде.

Конечно, на нас смотрели. Но, удивительное дело, я почти не видела во взглядах привычного отвращения или презрения. Равнодушие, пренебрежение, злоба — были. Но были и интерес, приязнь, и что-то новое — мужское, оценивающее, но уже не как хорошенькую куколку на ночь.

Идти пришлось долго. Мой сопровождающий не заговаривал, не оглядывался ни разу и только властно рассекал собой окружающее пространство.

Нам пришлось подняться по монументальным лестницам с витыми перилами на три этажа вверх, свернуть куда-то влево, пройти по длинной крытой галерее, откуда был виден двор академии, и только после этого мы оказались в просторном холле.

У дальней стены за ширмой из незнакомых мне вьющихся растений стояли стол, высокий стул и множество уютно гнездящихся шкафов. С другой стороны, у окна, стояло несколько скамей с низкой спинкой и маленький столик.

А посередине, в глухой стене, разместилась округлая дверь. Темное дерево. Ручка в виде оскалившегося дракона. И ощущение пугающей мощи.

Ноги подкашивались. Робость, слабость, желание сбежать. Соскребут ведь в совочек, и поминай Алису как звали.

— А, может, не надо? — Жалобно спросила я про себя спину неумолимого господина секретаря.

Спина дернулась, замерла и медленно оглянулась.

Глаза господина ТанШо были светлые-светлые, как переливающийсяжемчуг.

Ощущение чужеродной мощи накрывало с головой. Губы пересохли.

— Я дам лишь один совет, шаи Ли Ссэ, — эль-драгхо замер. Вертикальный зрачок в его глазах задрожал, — говорите только правду. Даже самую неприятную. И не бойтесь так. Ваш страх горчит у меня на языке, — он облизнулся.

Медленно, твою снежную крепость, облизнулся раздвоенным языком! А потом подмигнул мне — и шагнул вперёд, распахивая двери.