Книга Восьмая жена Синей Бороды 2, страница 16 – Ариша Дашковская

— Да хоть камердинера! Зачем мне это знать?

— Пойдемте ужинать. Мадам Сесиль уже накрывает.

Перед лестницей он подал ей руку. Энни, скривившись, приняла ее.

— Не дай Бог, споткнетесь и убьетесь. И как я это переживу? Вот после свадьбы, пожалуйста.

— Планируете стать молодым вдовцом? Не дождетесь! — прошипела Энни.

— Да я не планирую, — заверил он ее, смеясь. — Но и не исключаю такой возможности. С вашим-то гадким характером.

— Вы пытаетесь меня задеть? — Энни еле сдержалась от того, чтобы не расцарапать ему руку.

— Нет. Вы простоголодны, и оттого не понимаете мой юмор. Открою вам секрет, дамы от него без ума.

— Вам льстят. Вероятно, так же, как и насчет остальных ваших достоинств.

— Это вы недооцениваете, — рассмеялся Кристиан. — Другая на вашем месте только радовалась бы, а не мечтала бы тайком о старых плесневелых баронах.

— Вы так мило смотритесь вместе, — улыбаясь, заметила Сесиль, поджидающая их у конца лестницы. — Вы просто созданы друг для друга. Проходите в обеденную. Стол накрыли, ждем только вас.

В обеденной за столом уже сидели Олаф и Жаклин — миловидная, простая девушка.

— Ничего, что мы так, по-семейному? — спросил Олаф. — У нас нет отдельного стола для гостей. Да и Сесиль считает, что совместные завтраки и ужины помогают путешественникам не чувствовать себя одинокими. Но если вас смущает наше общество, то Жаклин подаст вам ужин наверх или можете сходить в «Красную корову»...

При этих словах Сесиль взглянула на мужа почти с угрозой.

— Но я бы не рекомендовал. Готовят там не так, как моя дорогая Сесиль.

И правда стол был накрыт превосходно: в центре его на блюде возлежал гусь, запеченный с яблоками, от одного взгляда на которого непроизвольно текли слюнки, на закуску предназначался мягкий козий сыр, запивать полагалось вином.

Хозяйка прокомментировала каждое блюдо. По ее словам, для гостей она подала все самое свежее и лучшее.

Когда гости расположились за столом, Сесиль спохватилась и поставила мед:

— Это к сыру, так вкуснее.

— У вас часто останавливаются? — спросил Кристиан, чтобы хоть как-то поддержать разговор.

— Осенью, когда созревает виноград, наша комната для гостей не пустует. В остальное время по-всякому бывает, — ответила Сесиль. — В основном это торговцы вином. Покупают вино здесь и продают потом на ярмарках. Попробуйте, наше вино прекрасно. Такого больше нигде не найдете.

— Вы же не торговцы? — спросил Олаф.

— Мы едем из Ольстена, — ответила Энни, потому что Кристиан в это время был занят поеданием румяной гусиной ножки. — Вчера мы попали в грозу. Наша карета сломалась. А лошадь убежала. Теперь нам бы найти того, кто сможет помочь.

— Страшная была буря, — согласно покачал головой Олаф.

— Нас чуть не раздавило упавшим деревом. А потом карету едва не разнесло в щепки. И только благодаря горячим молитвам госпожи Энианы,мы сидим перед вами, — Кристиан с наигранным обожанием посмотрел на Энни, а она больно пнула его по ноге в отместку.

— Ваша невеста сущий ангел, — умилилась Сесиль.

— Да что я? Наш кучер молился всю ночь, не переставая.

— Кстати, о Джероме. Чем быстрее я увижусь со старостой, тем скорее он окажется здесь. Мы в тепле, у нас над головой крыша и вкусная еда на столе, а он мерзнет.

— Вы такой добросердечный, — восхитился Олаф.

— Простите, вы сказали «я увижусь», а не «мы»? Вы собираетесь к нему отправиться сами? Без меня? — спросила Эниана.