Книга Рыцарь Его Величества, страница 36 – Элис Карма

Берн обнимает Ивет, полностью принимая на себя всю тяжесть её тела, а затем касается плеча Дедрика.

— Давай, — говорит он полушёпотом. — Пусть королевское семя прорастёт внутри.

Дедрик вздрагивает от его прикосновения и голоса и изливается внутрь, будто всё это время только ждал разрешения. На лице его появляется облегчение. Берн опускает руку к промежности Ивет и, страстно целуя, доводит её до полного удовлетворения.

Течка потому так опасна и прекрасна одновременно, что охваченные желанием альфы и омеги могут любить друг друга до полной утраты сил. Проходит совсем немного времени, и они втроём повторяют всё в точности. Берн всё ещё удивлён спокойствию Дедрика, но не колеблется. Если друг так ведёт себя, значит, на то есть причина, и позже он непременноо ней расскажет Берну. Ещё одна вещь, которая успокаивает его — это отсутствие слуг. Вероятно, по велению государя они оставили королевские покои. А это значит, что эта тайна останется только между ними тремя. Он оставляет королевскую чету в объятиях друг друга и идёт готовить купальню. Стоит ему остаться наедине с самим собой, как стыд и вина появляются в его душе. Он понимает, что теперь пойдёт на всё, лишь бы искупить свой грех перед государем.

В Кроненгарде, как в большинстве королевств на континенте, поклоняются Четырём богам. Двое из них, Игнис и Аир, считаются богами разрушения и воинствующих альф, Терра и Авва в свою очередь являются покровительницами омег и богинями плодородия и созидания. Но есть в народе притча о «дыхании Аира». Суть её в том, что какие бы разрушения ни нёс шквальный ветер, рано или поздно они обернутся благом. Нужно лишь запастись терпением. В детстве Ивет не любила эту притчу и, как всякая омега, считала, что Аир несёт лишь зло. Она не верила, что в реальности кому-то может так повести, как персонажам притчи, рыбакам, отправившимся во время бури в море. В конце притчи они, лишившись своей лодки и пройдя через неимоверные трудности, обрели неслыханные богатства, которые принёс им своим дыханием Аир. Эта притча, как думала Ивет, не об упорстве, а о случайности. Ничего в ней не закономерно, и у персонажей не было никаких гарантий.

Ивет смотрит на Дедрика и Бернхарда и в тысячный раз её охватывает смятение. Она не верит, что из её непростого положения может найтись хоть какой-то благоприятный выход. Прежде она думала, что, очаровав Берна, вызовет ревность Дедрика. Но на самом деле теперь Её Величеству приходится бороться за внимание обоих мужчин. Когда к тебе холоден один, это можно пережить. Но когда тебя отталкивают сразу двое, это сильно бьёт по самолюбию. И уже ни прогулки в саду, ни чтение, ни наука не могут успокоить её сердце.

Она ищет уединения и находит его в старой беседке. Осенний воздух прохладен и свеж. Жёлто-красные листья осыпают и газоны вокруг, и клумбы, и худую крышу. Ивет смотрит на быстрый бег облаков в пасмурном небе. Ей нехорошо. Тело ломит с самого утра, и голову кружит от каждого резкого движения. Государь в сопровождении стражников появляется на тропинке неожиданно, и королева теряется. Она словно ребёнок, которого застали за шалостью в укромном месте. Всё, что ей остаётся — это привстать и приветственно поклониться.

— В скором времени мы отправимся в Ельим, навестить моего родственника графа Хейдена, — говорит Дедрик, склоняя голову в ответ. Он, как всегда, холоден и отстранён. Ивет печально вздыхает. Кутается в сюрко, её всё больше знобит.