Книга Рыцарь Его Величества, страница 3 – Элис Карма

Единственная надежда теперь на помощь короля. Во времена смуты Берн был для него поддержкой и опорой. И даже сейчас многие мужи из Бернтраса несут службу в числе королевских войск. Берн искренне надеется, что Дедрик не оставит его в трудный час. Хотя бы потому, что сразу за графством Медведя расположен Леонтрас, родина невесты государя. День за днём он ждёт вестей с востока и запада, и ожидание это угнетает его пуще любой смертельной раны. Угольная дымка на горизонте с восточной стороны всё никак не рассеивается.Дым над Зоденлином клубится день и ночь. Кузнецы куют доспехи и мечи. Берн верит в Дедрика, но готовится к худшему.

В вечерний час в покоях Одетты темно и прохладно. Она сидит в широком кресле у камина и, не моргая, смотрит на огонь. Лабберта беспокойно дремлет у неё на коленях. Маленький носик сопит, пушистые кудри щекочут щёчки. Она морщится. Одетта, не отрывая взгляда от камина, убирает с лица упрямые волоски длинными тонкими пальцами. Берн смотрит на жену и дочь с бесконечной любовью и горечью. Ему не хочется отпускать их, но другого выхода у него нет. Сам он готов умирать в муках, если так будет угодно богам. Но позволить своей семье пострадать он не может.

— Что такое, Берн? — тихо спрашивает Одетта, поворачиваясь к нему.

Понимая, что его укрытие раскрыли, он выходит из-за двери и опускается к ногам жены. Одетта плавно переносит одну руку ему на голову. Вглядывается внимательно в его лицо, мягко перебирая тёмные пряди. Берн бы всё на свете отдал, лишь вечно вот так любоваться её нежным взглядом и задумчивым выражением. Но кажется, Берну и так придётся отдать всё, и даже собственную жизнь, лишь бы его любимые глаза продолжали созерцать этот свет, лишь бы эти руки продолжали порхать, касаясь невесомо чьих-то волос, даже если и не его.

— Душа моя, вам с Лаббертой придётся уехать в Леонтрас, — произносит Берн и прижимается губами к её колену, скрытому расшитым шёлком.

Рука Одетты на миг замирает на его волосах. Берн поднимает глаза и видит на её щеках слёзы. Она плачет совсем беззвучно, чтобы не разбудить дочь.

— Я не хочу покидать тебя, мой господин, — отвечает она почти неслышно.

Берн прикрывает глаза. Слёзы Одетты — это то, чего он когда-то самому себе поклялся не допускать. Сердце Берна разбивается, когда он видит их, а душа мечется в панике. Ещё одна вещь, которую он пообещал самому себе — это никогда не лгать жене. Однако сегодня ему придётся нарушить оба данных себе обещания.

— Это ненадолго, — пересилив себя, шёпотом произносит Берн. — Как только королевские войска придут в графство, я вышлю за тобой людей. А может, и сам приеду, если удача будет на нашей стороне.

Он утирает слёзы с её лица. Одетта смотрит на него широко распахнутыми глазами. Берн подозревает, что ему не удалось обмануть её. Но та ничего не говорит, толькочаще дышит и сильнее прижимает к себе Лабберту. Берн минуту-другую смотрит на них растерянно и ждёт. Но Одетта молчит, как и прежде продолжая смотреть на огонь. В конце концов, Берн поднимается и, склонившись над ней, осторожно касается любимых губ. Затем целует в лоб дочку и уходит.

После Берн ещё не раз вспомнит тот вечер и будет сожалеть, что не остался тогда. Будет сожалеть, что не сказал жене правды, побоявшись напугать. Но сожаления оттого так горьки, что приходят после времени и совершенно не приносят пользы.