Онлайн книга «Мой любимый Киборг»
|
— А Мирамиил знает? — Он уже там… Когда же я с помощью Стража телепортировался в нужный мне сектор и уставился в прозрачную стену, отделяющую нас от пленников, то был весьма изумлен. Десять вояк в темно-зеленых военных костюмах выглядели немного растерянными. Они свободно перемещались по камере, но были совершенно обезоружены. Я увидел знакомые лица: трое преподавателей с базы «Кремень-1», два помощника адмирала Майруса и пятеро лучших кадетов с четвертого курса. Неужели они явились для того, чтобы лично добивать выживших колонистов? Но что-то мне подсказывало, что все обстоит несколько иначе. Я был уверен, что они на нашей стороне… Мы проберемся на "Кремень-1"… Мирамиил Лицо стоящего передо мной на коленях человека было искажено страхом, хотя он и выглядел крепким воином. Я не хотел пугать его намеренно, но… объятые эмоциями, люди лучше поддавались считыванию памяти. А сделать слепок памяти этого бойца было просто необходимо! Я выбрал его из десяти пленников по причине возраста: из всех он казался самым старшим и, как сказал Руэль, имел самое высокое звание. Такой человек должен много знать… Страж забрал его от товарищей и, крепко связанного, привел в большой зал, в прошлом используемый для приемов. Немного добавили подсветки стенам и полу, сделав их еще более ослепительно белыми, а потом я снял с себя все иллюзии, возвратив лицу миловидность и блеск и одев ярко-белую тунику с вкраплениями золотых нитей. Я создавал благоприятную атмосферу, способную подавить психику закоренелого бойца. Мужчина впечатлился, когда я телепортировался из воздуха прямо передним — весь такой сияющий яркий, длинноволосый и голубоглазый, но имеющий холодное непроницаемое лицо. Страж давно поставил его на колени, как перед божеством, а я смерил пленника высокомерным взглядом, от которого тот слегка поник. Наверное, подобных противников ему еще не приходилось встречать… Правда, вся эта постановка лучше далась бы Руэлю: это он обычно так и полыхал величием и мощью своей личности, что ввергало в ступор его противников, но сейчас он был еще очень слаб, да и пережитые трудности последних столетий заметно изменили его мироощущение. Особенно удивительно было видеть, как он безумно привязан к обыкновенной с виду иширке: Страж спроецировал мне картинку того, как он прильнул к ней, едва она вышла из восстанавливающего сна. Руэль даже умудрился выскочить из металлического тела! Вот безумец! Хотел, наверное, потискать ее настоящими руками! Впрочем, я немного его понимаю: Моника тоже меня изрядно привлекла, но в его глазах я видел не просто интерес или влечение, а прямо-таки бездонное безумие! Мне кажется, что ради этой девушки Руэль пойдет абсолютно на все! Она — его космос… Она — его вечность… Но проблема в том, что у него есть суньшейна Мия! Я вздрогнул. Так, нужно сосредоточиться на солдате! О Руэле и его… неуместных слабостях подумаю позже… Я подошел к иширцу величественным шагом и просто положил свою ладонь на его лоб. Игнорируя неприятную испарину на его коже, я сжал пальцами виски и заставил мужчину задрожать непроизвольной мелкой дрожью. Хорошо! Трепещи! И расскажи мне всё-всё, что тебе известно! Для твоей же пользы… В меня полетели тысячи, сотни тысяч воспоминаний, мыслей, образов, но я старался выхватывать только самое важное. Я чувствовал, что узнаю нечто особенное, которое имеет непосредственное отношение именно к нам… |