Книга Нэй: мой любимый Прародитель, страница 39 – Анна Кривенко

Парни подходили и пожимали Нэю руку.

Все выглядели крайне серьезными, и только Лис — самый молодой из моего отряда — широко Нэю улыбнулся. Это могло показаться высшей степенью дружелюбия, если бы я не знала Лиса, как облупленного: он просто радовался, что теперь в команде будет кто-то младше него, и клеймо мальчика на побегушках будет с него наконец-то снято.

Я видела, что Нэй нервничал, но держался независимо.

Снимать свою широкую футболку он не стал, я же вышла ненадолго и вернулась в коротких шортах и спортивном топе. Это была моя обычная одежда для тренировок. Парни обыкновенно окинули меня слегка заинтересованными взглядами, но мой статус капитана и возможные негативные последствия чрезмерного «внимания» мгновенно отбили у них охоту пялиться дальше.

Обычно воспринимать меня, как женщину, они переставали уже через неделю, как поступали на службу в отряд. За любые неприличные намеки и заигрывания полагались строжайшие наказания, а двухметровому Родни, посмевшему однажды шлепнуть меня по заднице, я с удовольствиемсломала руку.

В общем, все было спокойно и отлично.

Если бы не раздраженный взгляд Нэя.

Он пробежался по моему наряду глазами и так сжал челюсть, что мне показалось, будто у него хрустнули все зубы.

Впрочем, я равнодушно отвернулась и принялась раздавать задания.

Весь прошлый месяц мы все отсиживались в своих углах. Кто-то мог немного потерять форму, в том числе и я.

Несколько ребят принялись отжиматься, остальные вскочили на тренажеры.

Подозвав Нэя, я предложила ему сделать выбор: присоединиться к силовым упражнениям вместе с остальными или немного поработать на беговой дорожке для начала.

Но парень указал на огромный, подвешенный к потолку боксерский мешок. Я усмехнулась: наверное, хочет немного утрясти свой гнев. Ну что ж, братец, вперед!

Я показала ему правила ударов по мешку и помогла одеть боксерские перчатки. Было видно, что Нэй пользовался ими впервые, что было для меня совершенно не удивительно: если он действительно вырос в какой-нибудь лаборатории, то для него многое на Ишире было в новинку.

Удары Нэй начал наносить очень осторожно, приноравливаясь, а мои ребята немного насмешливо покосились на него. Мне хотелось им погрозить кулаком: мол, не смейте смеяться над ним, но поняла, что это будет неправильно. Они подумают, что я ношусь с ним, как с маленьким, и никогда не станут его уважать.

Поэтому я просто отошла в сторону и заняла один из тренажеров, стараясь на Нэя больше не смотреть.

И почему у меня за него сердце болит? Наверное потому, что я в очередной раз подумала о его ужасном прошлом и пожалела. Впрочем, будущего мужчину лучше не жалеть вовсе: это мешает взрослению личности…

* * *

Нэй

Они все смотрели на меня свысока.

Я чувствовал это очень остро. Даже самый младший из них — светловолосый кудрявый парень с веснушками на лице — и тот видел во мне только ничтожество.

Это злило.

А еще больше злило то, что Ангелика вырядилось так провокационно, что у меня глаза на лоб полезли. Голые ноги, обнаженный мускулистый живот, обтягивающий топ — у меня самого начала кружиться голова от одного только взгляда на неё. Хотелось наорать на неё за глупость, но я благоразумно промолчал.

Нельзя.

Сжал челюсти и перетерпел всё в себе.

Боксерский мешок я увидел сразу, как только вошел. О его предназначениибыл просвещен головизором, и мне захотелось выпустить пар.