Книга Мой любимый Небожитель, страница 89 – Анна Кривенко

Словно почувствовав грядущие чудеса, налетел ветер, снова срывая с головы правителя капюшон, но Арраэх не стал возвращать его на место. Скрываться больше не было никакого смысла.

Телепортировавшись на пару десятков метров вперед, он вынырнул из подпространства прямо на глазах у чернявой девушки, которая от неожиданности повалилась наземь и начала отползать в сторону, мелко подрагивая от ужаса. Она не отводила взгляда ни на мгновение и замерла, увидев, что небожитель склонился над стариком, аккуратно прикоснулся к егорукам, покрытыми зловонными язвами, и что-то прошептал.

Не прошло и пары мгновений, как умирающий вздрогнул и открыл глаза. Его язвы начали тут же бледнеть и исчезать одна за одной: энергия Арраэха запустила в теле минасца невиданную регенерацию.

Девушка буквально перестала дышать, наблюдая за этим невероятным чудом, а потом вдруг сорвалась на крик:

— Гардияр!!! Гардияр пришел! Монах не лгал!!! Гардияр пришел спасти нас!!!

Арраэх вздрогнул от её крика и от метнувшегося в его сторону неприкрытого восторга, ударившего по его ментальным щитам. Накричавшись вдоволь, девушка припала лбом к земле, громко благодаря «самого великого и прекрасного небожителя».

Из лачуг с опаской высунулись давно немытые головы, но одного взгляда на золотые локоны красивого мужчины в черном одеянии было достаточно, чтобы поверить: перед ними небожитель. Но неужели он действительно спустился с неба в это убогое место, чтобы помочь?

Кланяющийся старик, кричавший охрипшим голосом благодарность Гардияру, развеял сомнения остальных, и они начали робко выходить из своих укрытий, боясь приблизиться к божеству достаточно близко. Но кто-то вспомнил, что старик Рэн еще полчаса назад был фактически при смерти, а теперь очень живенько отрабатывал поклоны, ударяя морщинистым лбом об поверхность земли.

Небожитель действительно вернул его к жизни???

Первой опомнилась изможденная женщина, стремительно вынесшая к Арраэху умирающего ребенка. Мальчик был совсем крохой и уже едва дышал. Правитель почувствовал, что уже готов помочь не только ради Илвы, а потому что ему действительно стало жаль этих несчастных существ. Тем более среди них дети…

Протянул руку к малышу и… поправил его немытый черный локон, упавший на бледное личико. Одновременно с этим Арраэх направил невидимый пучок энергии в тело ребенка, и тот, вздрогнув, медленно приоткрывал глаза.

Люди зашумели, кто-то начал от счастья плакать. Мать мальчика тоже не сдержала слез, покатившихся по ее впалым грязным щекам.

— Да будет имя твое вечно прославлено, великий господин! — сдавленно прошептала она, не имея сил ни на восклицания, ни на поклоны.

Толпа начала возрастать. К Арраэху потянулись грязные скрюченные руки, и он начал прикасаться к каждому, щедро делясь своей жизненной силой и уничтожая в телах минасцев причинузаразы — модифицированный зоннёнский яд.

От одного прикосновения их тела наполнялись силой, и болезнь мгновенно отступала, а количество жаждущих исцеления всё росло и росло.

Правитель был крайне сосредоточен. Он делился энергией разумно, в пределах нормы, чтобы хватило на всех, хотя поток несчастных, казалось, не иссякал.

Только ближе к вечеру, когда потухли все костры и затихли радостные крики, Арраэх прикоснулся к последним страждущим — пожилой паре, которые благоговейно поклонились и, оживающие на глазах, побрели прочь. Правитель чувствовал себя невероятно изможденным и едва мог устоять на ногах.