Онлайн книга «Мой любимый Клон»
|
Ночью спецслужбы выкрали клона, заменяющего гендиректора, из его квартиры, а мы с Лукасом попали туда при помощи моей телепортации. Правда, приземлились неудачно (я не очень четко представила в разуме необходимые параметры), и в какой-то миг я потеряла равновесие. Пытаясь удержаться на ногах, машинально схватилась за Лукаса, но вместо опоры почувствовала, что тащу его за собой. В итоге, впервые за последнюю неделю между нами случилась пикантная ситуация, заставившая вспомнить всё то, о чем мы оба пытались забыть. От удара затылком спас телекинез, так что я не пострадала, да и Лукас не сильно отбил мне все органы своим весом, когда упал сверху, но вот наши лица… Да, да, они оказались вплотную, и парень замер, напряжённо заглядывая мнев глаза. Мои ладони, которыми я упиралась ему в грудь, неожиданно вспотели от волнения. А это уже из разряда фантастики, честно слово! Более того, я так растерялась, что очень громко сглотнула, выдавая своё состояние с потрохами. Опустила взгляд на губы Лукаса и поняла, что безумно хочу его поцеловать. Даже больше, чем когда-либо. Медленно потянулась навстречу, но потом вспомнила, что не должна действовать нахрапом, иначе это может плохо закончится. То есть никакой инициативы! Лукас должен сам захотеть. Разве что я немного его подтолкну… — Поцелуешь меня? — спросила приглушенно, дав своей зоннёнской гордости увесистого пинка. Лукас смотрел на меня неотрывно некоторое время, причем, отлично владел чувствами и не позволял считать их. Молчание затягивалось, и на меня начала накатывать дикая неловкость. Наконец парень медленно выдохнул, открыл рот для ответа или… для поцелуя, а я напряглась так сильно, что сердце задергалось в груди, как подстреленная птица в предсмертных конвульсиях. — Прости, нет… — ответил клон и стремительно вскочил на ноги, оставив меня — оглушённую и откровенно униженную — лежать на полу. Он мне отказал??? Кажется, теперь я понимаю, что означает выражение «сгореть от стыда»… Глава 23 Грязный Лукас Я смотрел в глаза Тины, которые были так близко, и просто тонул в них. Синие омуты затягивали, подобно водовороту, в самую глубину чувственности и влечения. Она казалась такой соблазнительной сейчас, хотя смотрела на меня несколько настороженно. Мы неудачно приземлились после межпространственного перехода (кстати, потрясающее дело — этот переход!), повалились на пол. Случайность превратилась в отличную возможность… Да, моё тело напряглось до предела, в душе забурлили чувства, нахлынуло волнение, но… но выше всего этого стояла четкая и такая горькая мысль: я грязный! И я не могу… Не могу прикоснуться к прекрасной девушке подо мной, не могу впиться губами в её шею, хотя изнемогаю от этого желания. Я просто не могу… Обрывки воспоминаний о том, как моё тело задействовали для экспериментов, возбуждая в нём животную натуру, вспыхивали в памяти, разрушая до основания самооценку. Я всё ещё в яме. Я просто вещь для низкого использования. И я упивался своей ролью вещи, когда тянул руки к особям женского пола рядом с собой. Мне отдавали разных женщин, но я не смотрел на то, что они из себя представляют. Кто-то был молод, кто-то старше. Кажется, в этих безнравственных испытаниях поучаствовала даже девица из лаборантов. Резвилась на мне и кричала от восторга, а я хотел только одного — брать её снова и снова… |