Книга Номер 1027, страница 41 – Владислава Сказова

После поспешного бегства молодого «черта» Кайвир с невозмутимым лицом прошел в мою каюту и уселся в уже ставшим привычным ему кресло. Правда по пути к нему он успел поправить на мне одеяло, поплотнее подтолкнув его под ноги. При е приближении Кайвира сердце забилось быстрей, но «черт» пристально посмотрел мне в глаза и как ни странно, я сразу успокоилась, поняв что вредить он мне не намерен. Во всяком случае, пока.

Надо сказать, что Кайвир довольно прочно обосновался у меня. Он распорядился притащить стол из собственного кабинета и теперь с комфортом занимался собственными делами, не выпуская меня из виду. К себе он уходил только ночью, но только после того как я засыпала. Приходил он уже утром, сразу же принося с собой завтрак для меня.

Не знаю как бы я пережила эти дни, наполненные присутствиемКайвира, если бы не успокоительные пилюли Айкуса. От них постоянно клонило в сон, а проснувшись я все равно оставалась какой-то вялой. Периодически сквозь сон я вновь чувствовала все те же ласковые прикосновения, однако старалась не вспоминать, от кого они исходят. В те моменты мне было так хорошо!

Надо сказать, по прошедшествии недели Кайвир пошел еще дальше и стал то дело касаться меня и в дневное время. То ни с того ни с сего погладит плечо, то легонько проведет ладонью по моей щеки, но хуже всего было когда он присаживался ко мне на кровать и пользуясь моей растерянностью обнимал. Просто обхватывал своими ручищами и прижимался близко-близко. Обняв, он, как правило утыкался носом куда-то мне в макушку или шею. Кайвир мог сидеть так бесконечно. Первое время, почувствовав возле себя «черта», я неизменно дергалась в сторону. Конечно, мои слабые попытки отстраниться никакого эффекта не производили: объятие только крепчали.

Однако потом случилось нечто совсем выходящее за рамки моего понимания. А было все так… ***

Вот уже который день я мучилась от безделья: Дорозо с каким-то сверхъестественным упорством отказывалась от моих предложений помочь, а Кайвир, неизменно следовавший за мной повсюду, пересекал любые мои трудовые порывы на благо общественности. С непроницаемым выражением на лице он просто подхватывал меня под локоть и уводил в сторону каюты. Конечно, «черти» действовали из лучших побуждений (все же голодовка и чрезмерная нагрузка не слишком благотворно сказались на моем здоровье), но я чувствовала себя намного лучше, да и рука уже почти не ныла. Наличие такого количества свободного времени было в диковинку, и неизменно порождало какое-то странное чувство вины.

В тот день я почти все утор просидела в каюте рассматривая мельчайшие неровности и бороздочки на стене. Кайвир как обычно с головой погрузился в свои документы, изредка поглядывая в мою сторону. Чтобы хоть чем-нибудь себя занять, я решила перебинтовать покалеченную руку, и заодно втереть мазь, накануне выданную мне Айкусом.

Рука по-прежнему представляла из себя нечто странно изогнутое. Покорёженные пальцы, немного сплюснутая в боковом направлении ладонь — жалкое зрелище. Таким, скорее всего, оно и останется. Безусловно, я понимала, что в данном случае полное излечение вряд ли возможно,но все равно, каждый раз вид изуродованной конечности вызывал по телу дрожь.

Я взяла стоящий на прикроватной тумбочке флакончик с мазью и хотела было выдавить на ладонь немного, как Кайвир резко подскочил из-за стола: