Книга Подарок судьбы, страница 29 – Мартиша Риш

— Безмерно рада за вас.

— Просто мне столько не нужно. А она пропадет, будет жалко. Можно я с вами поделюсь? Там еще и грибов два ведра. Белые. А я их и вовсе не умею готовить. Заберете?

— Даже не знаю.

— Я вам помогу перебрать. Только покажете как? Я совершенно ничего в этом не смыслю.

— Ну, несите, — вечер пропал, с природной жадностью не поспоришь. Халява — это ведь страшный зверь, хочешь-не хочешь, а возьмешь, даже если не очень надо. А впрочем, Алиса ведь обожает грибы. Чем не подарок — банка маринованных белых по старинному рецепту? Вкусно, дорого, почти что прилично. А главное, очень оригинально.

Дима вернулся через минуту, груженый двумя десятилитровыми ведрами отборных грибов и скрылся в недрах своей квартиры, не успела я и слова сказать. Клубники он притащил несколько ящиков за пару заходов. Ароматная, сочная, чистый соблазн. Две ягоды в рот, одну в миску. Варенье, что ли, из нее наварить? Или заморозить до лучших времен? К тому моменту, когда мы оба густо окрасились соком, и я рассказала примерно половину известных мне баек, зазвонил телефон. Виктор! Пришлось уходить к себе в комнату прямо вот так с липкими от сока руками и клубничиной за щекой.

— Але, Милена, а я недалеко от вашей работы. Вы скоро?

— Ой! Я уже дома, простите, совершенно выпало из головы. Мне так стыдно!

— Можно, я к вам загляну? Ненадолго.

— Сегодня я занята.

— А что случилось?

— Случились грибыи клубника. Извините, мне совершенно некогда, у меня варенье сбежит. До завтра.

— И все же, Милена.

— Сегодня, точно, никак, простите, — я нахально бросила трубку. Я в таком сомнительном виде, вся в клубнике, а скоро еще и в грибах, да с другим парнем на кухне! Нет и еще раз нет. В другой раз приглашу, если вдруг подумаю его обольстить.

Тревор

Ближе к вечеру меня к себе вызвал старый князь. Первый этаж этого черного замка, комната, скрытая ото всех чередой коридоров. Богато убранная бархатом и позолотой спальня. Пышное кресло, в котором почти утонул сухощавый старик. Невероятно острый взгляд янтарно-желтых глаз с вертикальным зрачком, чувствую себя как живой кролик на блюде перед удавом. На лице у старца явственно проступает желтоватая чешуя. У окна за его спиной стоит молодой княжич, точная копия своего отца. Разве что глаза пока еще человеческие, да чешуек на коже нет. Он еще больше осунулся с нашей последней встречи. Сейчас я вижу это совершенно точно в свете яркого закатного солнца, бьющего мне прямо в глаза через мутноватые стекла окна.

— Это он? — почти прошипел монстр на кресле.

— Он, отец.

— Хорошенький. И волосики такие светлые, кудрями. Женщины таких любят. Его принял источник совершенно оправдано.

— Тревор, мой отец слаб и ему уже с трудом удается поддерживать человеческий облик, такой привычный для вас. Но он единственный, кто сможет дать вам хоть какую-то информацию. Потерпите, я знаю, вам сложно пока воспринимать нас такими, какие мы есть в истинном виде.

— Ничего страшного, я потерплю.

— Он потерпит! Ты слышал, сын! Он потерпит. Тебе осталось жить на свободе до полуночи, ровно в полночь сюда войдет твоя госпожа. Сын! Покажи ему зеркало!

Княжич бережно, словно фату возлюбленной, сдвинул плотную штору в углу. За ней обнаружилось жуткое зеркало. Вместо рамы два переплетенных ползущих змея. Чешуя шуршит и противно скрежещет по краю стекла, а в стекле вместо отражения не то дым, не то и вовсе туман.