Книга Землянка для Космического Императора, страница 10 – Карина Вознесенская

Крадусь по пустынному коридору. Ни души. Тишина, нарушаемая лишь низким, ровным гулом двигателей. Странно. Очень странно.

Замечаю одну из дверей. Над ней горит единственная зеленая лампа, выделяясь на фоне других, темных. Знак? Приглашение?

Толкаю дверь. Она бесшумно поддается.

И у меня перехватывает дыхание.

Лаборатория. Идеальная, стерильная, наполненная оборудованием, которое я видела лишь в научных журналах о передовой медицине будущего. Это целый медотсек. Мой профессиональный восторг настолько силен, что на секунду затмевает даже страх.

Подхожу к первому же терминалу. Панель загорается под моими пальцами, выводя трехмерные схемы чего-то, напоминающего структуру ДНК. Касаюсь следующего прибора и он издает мягкий щелчок. Из него выезжает лоток со сканерами, которые я и представить себе не могла.

— Невероятно, — шепчу я, проводя пальцем по холодной поверхности. — Можно было бы регенерировать нервные ткани… или полностью восстанавливать кожу при ожогах третьей степени…

И тут мой взгляд падает на нее. На капсулу для полной регенерации. Та самая, о которой мы на «Гиппократе» только мечтали.

Беру в руки небольшой диагностический сканер, валяющийся рядом, и быстро провожу им по капсуле. На дисплее загорается схема и знакомые медицинские символы.

— То, что нужно! — вырывается у меня торжествующий возглас. Это именно то, что поможет моим ребрам. Иначе я сойду с ума от этой постоянной, изматывающей боли. Та еда, которую он дал, хоть и сняла болевой синдром, но не до конца. А это… это полное исцеление.

Нахожу едва заметную кнопку включения. Руки действуют на автомате, как будто я делала это всю жизнь. Зашагиваю в капсулу одной ногой, предвкушая, как, наконец, мое тело полностью восстанавливается.

И тут его голос. Он раздается прямо у меня за спиной, низкий, вибрационный, и от него по коже бегут мурашки, а в животе становится тепло.

— И кто позволил тебе использовать мое оборудование?

Поворачиваюсь к нему. Страха нет. Есть что-то другое. Острое, колючее. Живое.

Не долго думая, встаю в капсулу второй ногой и бью ладонью по кнопке запуска, прекрасно зная, что щит не откроется до завершения полного цикла восстановления.

— Прости, — шепчу одними губами. — Но мне очень нужно.

Он все прекрасно понимает. Его лицо искажается странной гримасой. Не яростью, а чем-то более сложным. И почему-то он смотрит на меня так, что у меня невольно закрадывается пугающая мысль: если я сейчас выйду, он точно во мне что-то сломает.

Лика

Сквозь прозрачное стекло капсулы, под тихое успокаивающее жужжание, я вижу, как он, вместо того, чтобы уйти, проходит вглубь лаборатории. Его шаги беззвучны, но каждый его шаг отдается во мне напряжением.

Он подходит к капсуле вплотную, и его огромные ладони с гулким стуком ложатся на стекло. Я вздрагиваю от этой мощи, от этой энергетики, которая исходит от него даже сквозь это защитное стекло.

Мне кажется, оно вот-вот треснет под этим напором, под этой скрытой силой. Но нет, высокотехнологичный материал с легкостью выдерживает его напор. А вот мое сердце нет, оно работает на пределе, отчаянно пульсируя где-то в горле.

Ну же, Лика, соберись, — пытаюсь я успокоить саму себя. — Он не причинит тебе вреда. А то, что ты без спроса залезла в капсулу… так это он сам виноват!