Книга Никаких ведьм на моем отборе!, страница 47 – Наталья Мазуркевич

Я тяжело вздохнула.

— Жан-Батист недоволен подобным обращением, — обратилась я к горничной, игнорируя обидное «ведьма» в свой адрес. — И просит отпустить его.

— Д-дурра… В-ведьма!

— Сам дурак, — обиделась я и перевела взгляд на леди Элизабет.

— Природница? — правильно поняла направление моего дара тетушка короля, в задумчивости поджала губы, а после улыбнулась мне совершенно искренне. — От темной ведьмы пользы было бы больше, но и твой дар довольно хорош. В конце концов, пора освежить наследие предков.

Последние ее слова едва ли предназначались для меня. Скорее — леди размышляла вслух, а потому я не решилась уточнять. Семейные тайны — тот вид тайн, куда посторонних не посвящали, и, если бы леди ответила на мой неосторожно заданный вопрос, выходаосталось бы ровно два. И оба мне не нравились даже гипотетически, хотя к одному из них меня буквально принуждали.

— Мне нужно подумать, — проговорила леди, и ее помощница протянула мне браслет. — Думаю, тебе не составит труда принести мне алориус. Он растет здесь всего в одном месте. Браслет укажет путь.

— А остальные?

— Они ничего не найдут, а убрать сразу четверых я не могу. Поэтому останутся все, но ужинать с Георгом будешь ты. А теперь иди и принеси мне алориус.

Мне и самой не хотелось столько времени тратить впустую, но теперь и у меня появилось, о чем подумать. И я… посочувствовала королю: слишком уж бесцеремонно лезли в его жизнь. Пусть и из благих побуждений — зла я в леди Элизабет не чувствовала, но, когда вот так, бесцеремонно, вторгаются в твою жизнь… Отчего-то родственники уверены, что имеют на это право, хотя очевидно, что нет.

— Король тебя все равно никогда не выберет, — сказала я самой себе. — Хотя бы потому, что чем активнее что-то навязывают, тем большее негодование это вызывает. Так даже любимое блюдо может стать пыткой, не говоря уже об обществе одного человека.

Грустно улыбнулась собственным рассуждениям и аккуратно переступила через гниющую корягу. Не знаю, как остальных, а меня вел мой нос и… сила. Заблудиться или сбиться с пути в лесу я не могла — дар бы просто не позволил, а потому спокойно шла, сунув руку с браслетом в карман.

Небольшое заросшее алориусом болотце я нашла довольно быстро, но вот подобраться к нему и не провалиться в жижу по колено оказалось гораздо сложнее. Увы, сохранить платье в чистоте мне не удалось, как я ни старалась. Но пойти против старшей ведьмы… Да, я могла пойти на такое, но лучше сделать это чуть позже и в чем-то более значимом, чем гневить леди сейчас из-за мелочей.

К месту сбора я вернулась последней. Просто не смогла отказать себе в удовольствии погулять немного в одиночестве, смыть с рук и ботинок грязь, подставить лицо ветру… Даже запах алориуса не заставил шагать быстрее, чтобы поскорее сбыть его с рук. Впрочем, я могла не лукавить: мне просто не хотелось вновь возвращаться во дворец, видеть леди Элизабет, вспоминать о поручении герцога, врать новым подругам и улыбаться тем, кому бы и слова иначе не сказала.

Леди Элизабет была недовольна моим промедлением, но не стала упрекатьпри всех. Вместо этого забрала у меня четыре соцветия, объявила победительницей, посетовав, что остальные могли бы приложить и больше усилий, и возглавила наше отступление во дворец. Судя по виду Кло и Фелиции — это было именно отступление. Где девушки успели так пострадать, для меня оставалось загадкой, проливать свет на которую никто не собирался. Но обе друг друга подчеркнуто игнорировали и отворачивались, стоило им встретиться взглядами с улыбающейся Ариналией. Последняя не пострадала — разве что мокрый подол выдавал ее близкое знакомство с рекой. Вивьен же нисколько не изменилась, словно и вовсе не участвовала в конкурсе. Хотя с нее бы сталось.