Книга Ведьма против демона в академии драконов, страница 104 – Наталья Мазуркевич

Чувство противоречия требовало отказаться от предложения и остаться, но желание хоть ненадолго действительно остаться наедине с мамой перевесило. Особенно после того, как Агата Таяни первой поднялась на ноги и, не отпуская моей руки, подалась на выход.

– Он будет в порядке, – пообещала мне мама, когда я замешкалась в проходе, бросая тревожный взгляд на Картиана. – Лит…

– Я присмотрю, – коснувшись свободной маминой руки, пообещал демон и, когда мы с ним поравнялись, чуть подтолкнул меня в спину. И, стоило моей пятке оторваться от пола беседки, больше ни звука не донеслось оттуда.

– Идем, – мама позвала меня, останавливаясь у перекрестья садовой дорожки, выложенной камешками, и тропинки, которая вела к покинутой нами беседке. – Для ведьмы этот сад безвреден. И безопасен.

– Я заметила, – кивнула, вспомнив, как снимала вьюн с дракона, и растение не сделало ни одной попытки прицепиться ко мне. – Мама…

– Я боялась, что больше никогда этого не услышу, – очень тихо призналась Агата Таяни, быстро утерла выступившие слезы и предложила: – Пока они говорят… Как сложилась твоя жизнь? И, – она помедлила, будто размышляя, имеет ли право задавать такие вопросы, но все же рискнула, – как ты оказалась избранницей дракона?

– Я… что?

– Избранница, спутница дракона, – повторила мама. Она остановилась и, дождавшись, пока я окажусь рядом,взяла меня за руки. – Вы с ним связаны. Марлитас… Он видит все связи, что опутывают каждого из нас. Друг, враг, любимый, родитель или ребенок – у каждой привязанности, каждой связи своя нить. И ваша – такая яркая, что даже тех крох, что доступны мне, хватает, чтобы ее разглядеть.

От маминого откровения у меня пересохло во рту. А ведь я даже успела подумать, что все потрясения на сегодня закончены, но – нет. У меня еще остались силы и на удивление, и на затаенную радость, и на тревожное:

– А эта связь… – Я умолкла, подбирая слова, боясь сказать лишнее, все еще сомневаясь в себе и драконе, но мама понимающе улыбнулась.

– Она обоюдная.

Всего два слова, а я не сдержала облегченного смешка.

«Моя леди сомневалась в моих чувствах? Или своих?» – неожиданно пронеслась в сознании чужая, слегка укоризненная мысль, и я не могла не припомнить дракону его «это была ошибка».

«Ошибкой было верить, что я смогу противостоять своим желаниям и отказаться от вас, – пояснил Картиан. И пусть я лишь слышала его мысль, но я отчего-то чувствовала его усталость и обреченность. А в искренности – я не сомневалась: он не мог мне здесь соврать, как и я не могла его обмануть. Ни словами, ни чувствами. – Я верил, что смогу отказаться от вас, что вы не более, чем досадная помеха, и я ничего не почувствую, если с вами что-то случиться. Работа. Не более того… Думать так было ошибкой. Позволять вам остаться в Алентаре было ошибкой. Надеяться, что я буду первым драконом, кто переборет эту связь, – было ошибкой. Я был слишком самонадеян, и теперь прошу о снисхождении».

За его последними мыслями мне чудилось усмешка. Даже так, открывая душу, обнажая ее перед колкими словами, Картиан не мог удержаться от ерничания.

«Вы достойны большего, чем снисхождение, – подумала я в ответ, в памяти промелькнули мамины слова, и я добавила: – Я тоже не была от вас в восторге, но избавиться от мыслей о вас… Как бы я ни старалась, вы все равно были всегда со мной».