Книга Шлейф сандала, страница 226 – Анна Лерн

— Княжна сбежала из дома, на нее напал бандит в темном переулке, а Арсений спас ее, — в двух словах рассказала Минодора. — Сам Арсений ничего не помнит.

Вот это Санта-Барбара…У меня даже промелькнула ироничная мысль, что стоит взяться за написание приключенческого романа. Уж больно заковыристые события происходили в моей жизни.

— Так, для начала нужно заняться княжной, — я поднялась и подошла к Нино. — Вам нужно умыться и выпить чего-нибудь успокоительного. Пойдемте со мной.

— А что делать с Арсением? — спросила Дора, кивая на растерянного мужчину. Он чувствовал себя неловко и боялся сделать лишнее движение, с опаской поглядывая на царившую в парикмахерской чистоту.

— Я скажу Артемию, чтобы он пришел сюда. Мы не можем решать что-то без него. Он должен знать, что его брат жив. Да-а-а… вот это неожиданность… — я покачала головой, пытаясь осмыслить происходящее. — Час от часу не легче.

Мы с Нино вышли из парикмахерской, и она вдруг сказала:

— Я поняла, кто вы.

— Да? И кто же я, по-вашему? — мне стало интересно.

— Любовница моего брата! — процедила девушка, стараясь вложить в это слово весь негатив, на который была способна. — Поэтому я не могу находиться в вашем доме!

— Я не собираюсь вас здесь удерживать, — спокойно ответила я. — Но для начала нужно оповестить ваших родных, что вы нашлись.

— Дайте мне экипаж! Сама доеду до дома! — фыркнула Нино, останавливаясь. — Я не нуждаюсь в вашей заботе!

— Вы уедете отсюда только с кем-то из родственников, — терпеливо произнесла я, но во мне уже начинал закипать гнев. — Пойдемте.

— Вы не можете приказывать мне! — она даже с места не сдвинулась. — Я требую экипаж! Немедленно!

«Сказал «один» и молчу. И тишина внутри. Сказал «два» и молчу. И тишина внутри. Сказал «три» и молчу. И тишина внутри. Раз — кувырки без группировки, получаются неловки. Два — вис на согнутых руках, труднее сделать, чем замах. Три — мышцы пресса тренируй, на победу претендуй…».

Любимая считалочка помогла обрести спокойствие и в этот раз. Я медленно повернулась к Нино и, схватив ее за плечи, сильно встряхнула, приводя в чувство.

— Послушай меня, глупая избалованная девица. Я не собираюсь возиться с тобой. У меня нет на это времени. Либо ты идешь со мной, либо выметаешься на улицу. Уверена, что там тебя ждет много незабываемых встреч. И да, в моем доме могу что-то требовать только я.

Я развернулась и поднялась на крыльцо. За моей спиной послышались торопливые шаги. Вот так.

ПокаНино умывалась, я отправила Артемия в парикмахерскую, а Селивана послала в дом Эристави. Пусть забирают свою беглянку с глаз моих подальше. В записке я особо в подробности не вдавалась и написала лишь несколько строк, в которых сообщала, что Нино находится в моем доме.

После того, как девушка привела себя в порядок, ее напоили чаем с мятой и ромашкой, а Никита Мартынович накапал ей успокаивающей настойки. Нино больше не капризничала, но ее брови оставались нахмуренными, а губы плотно сжатыми. Сейчас она совершенно не напоминала мне Давида, а скорее своих бабок. Ни дать ни взять — дурная наследственность по женской линии.

Несмотря на позднее время, по дому бегала Машутка, возбужденная поздней активностью домочадцев. Прошка пытался ее угомонить. У Танечки лез зубик, и она орала так, что закладывало уши. В общем, вокруг происходило настоящее светопреставление, к которому я-то уже привыкла. А вот бедная Нино, похоже, находилась в шоке.