Книга ( Не ) любимая для Оборотня, страница 35 – Анна Кривенко

Потому что я НЕ ХОЧУ возвращения прежнего безумия.

Он не любит меня.

И не полюбит.

И каждый его притворный поцелуй будет ранить меня словно кинжалом.

Я не переживу этого…

— Как прошёл день? — столь банальный вопрос от Никиты прозвучал странно.

Я усмехнулась, пряча за мнимой расслабленностью жуткий раздрай в душе.

— Довольно посредственно. Но родители счастливы, я уверенно иду к свободе от оборотнических законов, так что всё отлично…

Выдала заготовленный заранее текст. Да, я репетировала и саму фразу, и тон, которым ее скажу, еще дома. Если уж выбрала этот путь, то меньше всего хочу выглядеть загнанной или испуганной. А ещё мне нужно всеми силами скрыть свои истинные чувства, потому что… если Никита, не да Бог, узнает, что я влюбленав него, это будет самое страшное унижение в моей жизни. Представляю, как презрительно и самодовольно поднимется при этом одна его точеная бровь. Он хмыкнет, окинет меня взглядом превосходства, пробурчит, что ошибся во мне и что я такая же, как и все — прилипала, а я… а я… сгорю от стыда.

Нет, НЕТ!!!

Тряхнула головой, чтобы избавиться от столь ужасающей картины перед глазами, и жестом подозвала официантку, чтобы сделать заказ.

— Что будешь есть? — будничным тоном спросила я, а парень устало выдохнул.

— На твое усмотрение… — ответил он, лениво смотря в окно. Кажется, наши посиделки в кафе изрядно его напрягали.

Тихонько продиктовав заказ на нас двоих, я приняла небрежную позу и со смехом произнесла:

— Значит… ради родителей стараешься? Но ведь можно было сказать, что мы посидели в кафе, но на самом деле сюда не ходить. Зачем мучить себя?

Никита посмотрел на меня с непонятным интересом. Сегодня он, кстати, наконец побрился, и стал еще краше, чем всегда. Длинные черные волосы свободно стекали по плечам, поблескивая во свете ламп. Ему безумно шла такая прическа, так что оборотническая мода на длинные волосы была парню определено на руку.

Вдруг я ощутила себя неловко. На это «свидание» собиралась небрежно, презирая в себе любой порыв одеться посимпатичнее и нанести более яркий макияж. Нет, я не собираюсь ради него стараться. Всё равно не оценит. Ему на меня наплевать. Но сейчас, видя то, насколько Никита безупречен, я вдруг остро почувствовала себя замухрышкой и пожалела, что не воспользовалась тоналкой и не нанесла блеск на губы…

Но смущение своё очень тщательно скрыла, разве что глаза стали еще более холодными.

— Я не хочу родителям лгать… — произнес Никита, отвечая на мой последний вопрос.

Я, скривившись, хмыкнула.

— Но ведь наш брак — одна сплошная ложь, — проговорила скептически. — Поздновато не хотеть лгать…

Однако Никита не смутился.

— Они хотели меня женить — они это получат. Где здесь ложь? Мы ведь действительно поженимся. Хотели невестку — тоже получат! Я ее не выдумал. Так что на самом деле лжи нет. А вот тот факт, что между нами нет чувств, а просто договоренность — это уже нюансы. Я о них, скажем, не договариваю. Так что нет, родителям я не лгу. Фактически.

И улыбнулся так… самодовольно.

Я помрачнела.

— Ну да, идеальный план… — бросила раздражено. — Не прикопаешься…

В этот момент подошла официантка, принеся заказанные мною блюда. Передо мной поставила тарелку с овощным супом и яичный рулет, а перед Никитой — приличный кусок мяса, обильно посыпанный зеленью и политый итальянским соусом… Запах вокруг нас разлился умопомрачительный.