Книга Дети Зазеркалья, страница 57 – Варвара Кислинская

— Это ты про Велкалиона? Да вернется, он, никуда не денется, — пытается успокоить меня Анкитиль.

— Велкалиона?! Ты хочешь сказать, это был Вел?!

— Ага! А ты что, его не узнала?

— Мама дорогая! Да что с ним в том мире делается, а? Кто ж его, беднягу, так вырядил?!

— Вообще-то, Гретхен постаралась, — раздается смешок у меня за спиной, и мы резко оборачиваемся. — Привет, бабуля!

[1] Коатликуэ — «Она в платье из змей»; также Коатлантонан, «Наша змеиная мать». Иногда отождествляется с Тетеоиннан («Матерью богов»), богинями Тоци и Сиуакоатль. В мифологии ацтеков богиня земли и огня. В ней одновременно заключено начало и конец жизни.

[2] Шочипилли — Бог Цветов Шочипилли, «божество-покровитель священных галлюциногенных растений» и «цветистых снов». Шочипилли — принц цветов, любви, игр, красоты, песен и танцев, а так же бог измененного состояния сознания, вызванного цветком, но он же — бог измененного состояния сознания, вызванного песней. Шочитль (цветок) порождает куикатль (песня), и наоборот.

[3] Кочиметль — бог коммерции, покровитель торговцев, купцов.

[4] Нанауатль — ацтекский бог, который в начале Пятой эпохи мира бросился в огонь, став Солнцем.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

МАРШ ОПОЗДАВШИХ

Смотрительница Маргарита, Серебряная леди.

Слушай и считай, сколько раз "ку-ку",

Сколько нам до счастья насчитала

Розовая птица на сером суку,

Сбейся посреди, и считай сначала.

Олег Медведев. «Миклухо Маклай»

— Кант, пора! И оставь, наконец, ребенка в покое! — Рената врывается в отведенные нам, эльфам, в Подгорье апартаменты эдаким злобным духом ревнивого любопытства.

Еще бы! Почти на целый час ей пришлось отказаться от общества «ребенка» в пользу близнецов Годриленна. В очередь их всех записывать, что ли? Макс и так за три дня охрипнуть успел, столько раз все рассказывал и пересказывал всем желающим. И еще неизвестно от кого ему больше досталось: от Алены с Грэмом, которым он почти ничего сообщить о дочери не смог, или от Ренаты, получившей столь неожиданную информацию о нестандартной крестнице.

Как ни странно, спокойней всех к долгожданной новости отнесся Марк. Открылся портал? Очень вовремя. С Питером свяжутся? Ну и слава Богу. И, разумеется, напомнил мне о моем обещании поискать его ценный геном. Как, интересно?

А вот Уме сорвалась. Так уж вышло, что из всех моих друзей, за исключением тех, кто в момент появления Макса находился в Библиотеке, именно ундина познакомилась с ним первой. Мне даже никого посылать за ней не пришлось. Уме просто наведалась навестить Шету, как нередко делала. После первых восторгов знакомства, она, разумеется, спросила о Гордоне. И я вдруг поняла, что Макс насторожился. Он извинился и сказал, что только слышал о нем от Вела, но лично не встречался. Уме в ответ слабо улыбнулась, кивнула, а через пару мгновений уже билась в истерике. Надо отдать должное Максу, он оказался на высоте. Пока Джесси готовила успокаивающий отвар, а я в полутрансе пыталась выправить эмпатический фон ундины, что у меня и с эльфами-то не очень получается, а уж с другими расами и подавно, он ласково обнимал женщину, утешая ее какими-то бессмысленными, но, видно, очень нужными словами. По мере того, как сквозь рыдания Уме вываливала на него историю рождения и усыновления Гордона, Макс все больше хмурился.