Книга Дети Зазеркалья, страница 167 – Варвара Кислинская

— Ба! — Макс вдруг резко останавливается. — Боги, ба, ты даже не понимаешь, что ты сейчас сказала! Это… это…

— Что? — теряюсь я. Мне хочется бежать дальше, я спешу увидеть Аню.

— Погоди минутку… — бормочет он, — должно получиться… должно… Ну, ты же обещала! — кричит он, глядя в пространство. — Давай, это будет правильно!

Я как раз собираюсь спросить, к кому он обращается, но тут он исчезает. Это длится лишь мгновение, потом Макс снова появляется посреди коридора, но уже с прижатым к груди пыльным заплесневевшим свертком.

— Макс!

— Пошли, ба. Я все объясню. И тебе и маме.

Я не спорю. Просто снова срываюсь на бег.

Первое, что бросается мне в глаза, когда мы врываемсяв незнакомую комнату незнакомого дома, это то, как постарела Аня. Да и Дит изрядно подрастерял свою роскошную белокурую гриву.

Аня постарела! Моя дочь выглядит примерно так же, как выглядела я двадцать два года назад перед тем, как шагнула в волшебный мир. Эта мысль не дает мне покоя. Я должна — должна! — уговорить ее! Но Аня почему-то не выказывает восторга. Я умоляю ее, Гретхен плачет и просит не бросать ее насовсем, Макс что-то путанно доказывает, Дит твердит, что жена может снять грех с его души, но Аня почему-то медлит. И все же я чувствую, что мы сможем ее дожать. Еще чуть-чуть, совсем немного.

— Мам, пойми, это просто необходимо обоим мирам! Ты можешь их облагодетельствовать! — взывает к ней Макс, но мне почему-то кажется, что моя дочь не склонна поддаваться столь возвышенным аргументам.

А нужные находит Дитрих.

— Вот всегда ты была вредной! Нет, чтобы удовлетворить мою самую безумную сексуальную фантазию — побыть мужем юной прекрасной эльфийки! — ворчит он.

Аня смеется, целует его и, наконец, протягивает мне руку.

— Ура! — вопят внуки.

Но, прежде чем мы успеваем сделать шаг ко все еще открытому проходу, в нем возникает высокий силуэт Вела.

— Возвращайтесь, быстрее! — кричит он. — Портал напряжен до предела. Вот-вот закроется!

— Ну вот и все, — Аня выпускает мою руку и улыбается. — Не судьба.

Она сгребает нас всех троих в охапку, прижимает к себе, а потом подталкивает навстречу Велкалиону.

— Так нельзя! — шепчет Макс, и я вижу, как белеет от ужаса его лицо, и как те же чувства на долю секунды позже отражаются на лице черноволосого эльфа. А потом внук с силой толкает в портал Гретхен. — Я остаюсь, — твердо произносит Макс, и Вел кивает. Они улыбаются друг другу.

— Нет! — кричу я, цепляясь за внука. — Макс, не говори глупостей!

— Я проиграл тебе желание, ба. И теперь его выполняю. Ты, правда, пока сама ничего не знаешь о нем, — торопливо объясняет он, — но ты все поймешь. Вот держи, — он сует мне в руки пыльный сверток, с которым так и не расстался ни на минуту. — Здесь все, ты только прочитай. Мне нужно было раньше подумать, и провести маму туда, чтобы она могла стать эльфийкой. Но раз это последний портал, уже не выйдет. Так не должно было случиться. Ни для кого. Кто-то должен остаться.

— Макс, что ты делаешь?!Это же твоя жизнь, твое будущее! — я почти рыдаю.

— И оно очень долгое теперь, ты не забыла? Ну сама подумай, сколько еще сокровищ таится здесь, в этом мире, — он говорит так быстро, что глотает половину слов. — И все их нужно найти, нужно помочь этим людям… не людям… Вел начал такую работу! Нельзя же так все это бросить.