Книга Дети Зазеркалья, страница 101 – Варвара Кислинская

— Ребята! Очнитесь! — воскликнула она. — Питер уже ставит нам всем неутешительные диагнозы. Прикиньте, как выглядит наш диалог с точки зрения психиатра!

— Ох! — Макс даже подпрыгнул в кресле. — Нет, нужно было все же потащить с собой Вела! У него побольше опыта в таких делах!

— Сами справимся, — близнецы одновременно поднялись и пересели на диван прямо напортив меня. — Питер, — заговорил один из них, — дело в том, что мы, как и вы, не люди…

Я не заметил, как пролетел этот день. Кажется, в какой-то момент нам подали обед. Кто-то — не знаю, Макс или Ася — куда-то выходил. А близнецы все рассказывали и рассказывали, сменяя друг друга. Шарль, так же как и я, старался не пропустить ни слова из этого захватывающего и такого невероятного повествования. Я узнал о крестной серьезной девушки Аси, о прекрасной Серебряной леди, о влюбленной чете вервольфов, о том, как ушел мой отец, и какие скелеты на самом деле хранятся в шкафу Лэндсхиллов. Узнал и о самоотверженном Веле, точнее Велкалионе, эльфе, добровольно обрекшим себя на изгнание в нашем мире ради таких, как я.

Во все это хотелось верить. Но я не мог. Мне привели в доказательство совсемне человеческие уши гостей, вполне логичное объяснение странному синдрому Гордона и юной Дианы, предложили даже убить кого-нибудь из близнецов. От последнего я отказался.

Они были очень убедительны. Лакруа косился на меня со странным сочувствием. Наконец, я не выдержал и повернулся к нему.

— Почему вы во все это верите, Шарль? Как вообще в такое можно верить?

Он усмехнулся. Покачал головой.

— Я видел чешую на теле Уме. И Дэн видел трансформацию. А еще я знаком с леди Маргаритой. Это все невозможно просто объяснить, Питер. Это нужно видеть.

Близнецы переглянулись.

— Попробуем? — спросил один из них у другого.

— Конечно. Марта же, наверное, места себе не находит, — кивнул тот.

И тогда они прикрепили к стене рисунок.

Я неверяще смотрел на это ослепительное сияние. Минуты сползали в вечность, а я застыл, не в силах ни сказать что-то, ни сделать шаг. Я действительно не мог ни поверить, ни принять того, что должно было произойти. Я — кентавр? Я стану получеловеком полуконем? Весь мой лишний вес — это лошадиное тело, и жир никогда не станет мне больше мешать? Это было заманчиво. Слишком заманчиво. Я — маг? Мои прозрения не что иное, как прорицательский дар кентавра? Но скольких я смогу вылечить здесь теперь, зная о своих способностях, а там я стану лишь одним из многих. Так стоит ли оно того? Там, за гранью был новый мир с новыми возможностями, было неизведанное. Здесь оставался привычный уклад жизни, любимая работа. Я подумал, что мне даже попрощаться не с кем, кроме, разве что Этлери и пациентов. Долги перед ними мешали сделать шаг больше всего. Но в то же время я давно понял, что незаменимых нет нигде. Незаменимым можно стать только для кого-то, а здесь, в этом мире, я этого не нажил.

Все столпились у меня за спиной, ожидая моего решения. Пауза затянулась.

— Идите, Питер, — негромко сказал Шарль, — уверен, вы никогда об этом не пожалеете.

Остальные молчали. И тут в портале возникло движение, а спустя мгновение оттуда повалили люди. Нет, нелюди. Две ослепительно прекрасные женщины, одна — коренастая и некрасивая и… Я не мог поверить своим глазам. Кентавр. Нет, кентаврица… Юная. Трогательная. С по-детски широко распахнутыми глазами и каким-то странным крошечным смеющимся существом на крупе. За ней шел еще кто-то, но я смотрел толькона девушку-лошадь. Я стану таким же. В ней было столько грации, изящества и детской непосредственности, что что-то словно оборвалось у меня внутри. Я невольно сделал шаг навстречу.