Книга Рыцари и ангелы, страница 13 – Майя Яворская

Поискав в интернете подходящие курсы, она остановилась на Международной школе восточной медицины. Все же акупунктуру лучше изучать у тех, кто это придумал. Отучиться пришлось несколько месяцев, да еще обложиться кучей книг для пополнения знаний. Но оно того стоило. Мила еще не родила, а Алла уже обзавелась первыми клиентами. Когда же появилась на свет Варенька, она уже могла купить все необходимое для девочки. Правда, секонд-хенд, но зато не залезая в деньги от продажи дачи, только на гонорар от частной практики.

Как росла племянница первые два года, Алла пропустила. Она уходила из дома, пока еще та спала, и возвращалась, когда девочка уже опять спала. Женщина даже толком не помнила, как выглядел ребенок в этом возрасте. О том, в какое беличье колесо ее запихнула сестра, она почти не думала. Времени на это не было, да и желания тоже. Что толку размышлять в стиле «если бы…»? Ничего от этого не изменится. История не любит сослагательного наклонения. Частная практика приносила неплохие деньги, сестра с племянницей ни в чем не нуждались, а это на тот момент было самое главное.

Когда Алла закончила институт, ей очень хотелось пойти в ординатуру, чтобы продолжить образование и, наконец-то, стать настоящим врачом. Хирургией она просто упивалась, это была ее стихия. На последнем курсе Чистякова уже самостоятельно проводила простенькие операции, пока одногруппникам доверяли только стоять на крючках и шить. На практике врачи в отделении ее хвалили: говорили, что рука твердая, как у мужчины. «А чего дергаться? – удивлялась про себя Алла. – Есть проблема, и ее надо решить. А все эти истерики и заламывание рук, увольте. Пусть этим родственники занимаются». Но пришлось отказаться от мечты. Три года ординатуры на копеечную зарплату? Нет, такую роскошь она себе позволить не могла. Надо было зарабатывать деньги.

А потом стало как-то вдруг намного легче – Варю отдали в ясли, а Мила пошла учиться на парикмахера. Решила стать мужским мастером. Хоть раз в жизни она послушалась сестру. Логика совета была проста, как карандаш, – у какой-нибудь клиентки, толстой старой жабы с тремя волосинами в шесть рядов, как на заячье губе, молоденькая хорошенькая парикмахер могла вызвать раздражение и зависть. Ладно, если просто чаевых не оставит, так может за что-то нажаловаться руководству. Просто так, из вредности или сорвать дурное настроение. Но любому мужчине, молодому или старому, всегда приятно, если с его головой возится такая куколка. Он и что-то от себя оставит, и снова именно к ней придет в следующий раз.

Расчет Аллы оказался даже более верным, чем она рассчитывала. Выяснилось, что дорогие престижные салоны смотрят на внешность и манеры своих сотрудников ничуть не меньше, чем на их умения и навыки, иногда даже больше. Обеспеченный клиент никогда не будет стричься у мастера, если он, вернее она, похожа на торговку рыбой с одесского привоза. Мила, обладая нужными внешними данными, попала именно в такой салон. Правда, сначала на правах стажера. Ее тут же отправили на другие курсы, где пришлось отучиться даже больше. Но после этого она уже стала работать в зале наравне с другими. Так что зарабатывать теперь стали обе сестры.

Материально жизнь стала налаживаться, бытовые проблемы отступили. Но с материнством у Милы как-то не задалось. Она родила слишком рано, чтобы почувствовать себя матерью, плюс ее природный инфантилизм сыграл свою роль. У детей не может быть детей. Пока единственным добытчиком в семье была Алла, а Варю нельзя было отдать в ясли, младшая сестра еще как-то держалась. Но как только ребенка отдали в детский сад, а она вышла на работу и оказалась в центре мужского внимания, Мила опять сорвалась. Ей по-прежнему нужны были признания в любви, ухаживания, «серенады под балконом». Все чаще Вареньку сначала из яслей, а потом из детского сада стала забирать Алла, и по вечерам они все чаще проводили время вдвоем.