Книга Отвратительная семерка, страница 75 – Майя Яворская

– Дальновидно, – с одобрением кивнул Самойлов. – Вы такими обзавестись не думали?

– Мне ни к чему. Дом у меня понадежнее, да и сигнализация есть.

– А вы тоже бракованные собираете? – поинтересовалась Кира, которой совсем не хотелось говорить о несчастных животных, которых постоянно держат в клетке.

– Да, они интереснее. Каждая неповторима.

– И у вас такие есть?

– Какие такие? – не понял хозяин.

– Которые стоят миллионы?

– Кира, – одернул ее брат, – неприлично задавать такие вопросы.

– Кое-что редкое найдется, – уклончиво ответил Ратай.

– А ты, – Самойлова с усмешкой обратилась к Кузьмичу, – подарил Антону Платоновичу просто золотую монету.

– Ты невнимательна, – заметил приятель.

– И что я пропустила?

– У того экземпляра тоже есть брак, – улыбнулся хозяин. – Поворот. Это когда аверс и реверс расположены по разным осям. Так что ваш друг сделал мне очень дорогой подарок.

– Музалевский же мог продать свою коллекцию и детям по квартире купить. Да и дом себе построить получше, а не жить в этом теремке, – вернулся к основной теме Кирилл.

– Насколько я знаю, они ему несколько раз предлагали, но Миша отказывался. Считал, что это память об отце и наследство детям. Говорю же, упрямый был, как осел. Хотя, как вы, наверное, заметили, он все же решил выбраться из своего теремка. Вон сколько стройматериалов во дворе.

– Ну ничего, детишки быстро освоят имущество убиенного папеньки и решат квартирный вопрос. Очень выгодная и своевременная смерть, – заметила Самойлова.

– И для вас, – добавил Кузьмич, глядя на Ратая.

– Почему? – не поняла Кира.

– Потому что теперь наследники будут распродавать коллекцию, а Антон Платонович сможет купить то, что ему приглянулось.

– Я как-то об этом не думал. Но вы правы, и для меня, – согласился хозяин.

Все замолчали. Кира задумалась о том, что, возможно, она ошиблась: «Может, я не права. Убийство из-за отвергнутой любви – это прямо как-то совсем по-шекспировски. А деньги, особенно очень большие, – веский аргумент. Детки не выдержали и пришили папашу, который мешал им красиво жить. Получается, Кирилл прав? Вон сидит какой довольный. Опять этот плутоватый взгляд. Небось, уже нарыл что-то. Жаль, что он вариант с Катей себе забрал. Ну что ж, если я выбрала эту фам фаталь, то доковыряю эту тему до конца. Хотя бы буду уверена, что она тут точно ни при чем».

Кира перевела взгляд на приятеля: «А по Кузьмичу и не поймешь, думает ли он о чем-то сейчас или нет. Опять вытащил какой-то мусор из кармана, разложил на столе – рассматривает. И чего собирать весь этот хлам – винтик, алюминиевый уголок, скрепка, замусоленная упаковка лейкопластыря, какие-то скомканные бумажки, канцелярская резинка? Может, он так медитирует?»

Приятель перехватил Кирин взгляд, еще раз посмотрел на свои сокровища и со вздохом распихал их назад по карманам.

– А вы на кого думаете? – обратилась девушка к Антону Платоновичу.

– Я? – несколько удивился тот. – Я об этом пока вообще не думал. Честно говоря, вы меня так огорошили этим известием, что до сих пор в голове не укладывается.

– Ну а все же? Из-за коллекции?

– Вполне вероятно. Во всяком случае, это первое, что приходит в голову.

– Если так, тогда кто?

– О, Кира, если бы вы узнали, на кого я думаю, то страшно удивились бы.

– И не скажете?

– Пока нет.