Книга Их любимая кукла, страница 159 – Ольга Островская

− А как же так получилось, что тебя, божественную избранницу, да ещё столь одарённую, захватили в плен? Почему твоя покровительница тебя не защитила?

Восторженная улыбка с лица Чарпатчхе вмиг исчезает. И хоть читать эмоции по столь чуждому лицу мне очень сложно, кажется, мой вопрос ей сильно не понравился.

− Так было нужно, − роняет сухо моя собеседница. – Не нам судить о мотивах Великой Бездны. Тебя она, кстати, тоже избрала. И проявляет к тебе большую благосклонность, говорит с тобой, уговаривает. Меняет это твоё искусственное тело, делая его более живым. Ты должна гордиться такой честью.

Да неужели?Ничего себе новости. Столько чести, что даже жутко. Чувствую себя глупой мышкой, угодившей в мышеловку. В голове набатом звучит фраза из моего кошмара: «Ты должна стать маской». Теперь я практически уверена, что тот сон был предупреждением. И от этого ситуация выглядит ужасней некуда. Я нахожусь в полной власти сверхсущества, которое явно имеет какие-то нехорошие планы на меня. И помощи мне ждать неоткуда. Приходится рассчитывать только на себя.

А что я могу? Практически ничего.

− Конечно я горжусь, − изображаю широкую улыбку. Мне кажется, или я действительно слышала в интонациях Чарпатчхе нотки ревности? Можно попытаться это использовать. – Но тебя она нашла раньше и наверняка более благосклонна к тебе, больше доверяет. Ты явно понимаешь всю ситуацию гораздо лучше, чем я. Вот, например, завтрашний ритуал. Тебе известно, как он будет проходить?

− Конечно, − царственно кивает Чарпатчхе. – Мне не просто известно. Я приму в нём самое активное участие.

− Так, может, поделишься со мной? Чтобы я тоже понимала, как себя правильно вести. Не хочу подвести нашу благодетельницу.

Моя собеседница порывисто открывает рот, явно собираясь что-то ответить, но я вдруг снова вижу, как её что-то останавливает. Даже фасетчатые глаза слегка темнеют, а губы болезненно кривятся на миг, чтобы тут же растянуться в широкой, жутковатой улыбке.

− Тебе не о чем беспокоится, Женя, − с ласковой вкрадчивостью мурлычет она. – Всё, что от тебя требуется, это согласие и добровольное участие. Остальное не твоя забота. А сейчас извини, я вынуждена тебя оставить. Только что вспомнила, что у меня есть одно очень важное и срочное дело.

С этими словами она разворачивается и поспешно уходит из комнаты, словно за ней черти гонятся.

Пребывая в полном шоке от этого неожиданного разговора, я медленно сажусь обратно на кровать.

Чёрт. Чёрт. Чёрт.

Я попала. Капец как попала.

Что они собираются со мной сделать?

Помочь? Вернуть мой разум в настоящее тело? Очень сомневаюсь.

Как же мне не хватает возможности посоветоваться с на-агарами. Они бы точно помогли понять происходящее.

Но они бросили меня. Жестоко бросили... Словно между нами ничего не было... Словно я для них ничего не значила...

− Ур-р-р, − доносится до меня жалобноеурчание Трещотки. И малыш показывается из-под «диванчика». Семенит ко мне поспешно, чтобы уже по-свойски и привычно забраться мне на колени.

− Ты всё слышал, да? Это её ты так испугался? Почему? Она тоже плохая? – спрашиваю тихо, так же привычно принимаясь его чесать и гладить.

− Ур-р-р, − мой маленький друг изворачивается и подбивает мою ладонь, чтобы прижаться к ней снизу своей головой.

Теперь я уже не удивляюсь ощущению вибрации во всём теле. И появлению новых картинок тоже. Зато их содержание заставляет меня ещё сильнее напрячься.