Книга Больше не кукла, страница 63 – Ольга Островская

Но боль не проходит. Наоборот становится сильнее.

− Сваливай на хрен из моей головы, − рычу, ощущая, как леденеют на моих щеках ручьи слёз. – Я не дамся тебе. Не стану твоей марионеткой, маской, или чем ты там собиралась меня сделать.

Мне кажется, будто я слышу где-то рядом жуткий женский хохот. Боль взрывается во мне сокрушительной волной, проносится по венам жидким пламенем.

− Отстань от меня, тварь, − хватаюсь я за голову.

− Тогда ты умрёшь, − слышу возле уха зловещий шёпот.

Что-то словно обрывается во мне. Ноги подкашиваются, сознание начинает уплывать.

А в следующий миг меня подхватывают чьи-то руки, вытаскивая из-под потоков света.

− Я не прошла проверку, да? – шепчу, едва различая мрачное лицо ри-одо Сэтору, несущего куда-то моё безвольное тело. – Или… она ведь ушла? Ваш Абсолют изгнал её из меня?

− Да, − произносит жрец каким-то очень странным тоном. Словно это короткое слово обжигает ему язык.

− Вы ведь не обманываете меня? – шмыгаю носом.

− Вам нужно отдохнуть, ия Евгения. А потом вам всё расскажут.

Это не совсем то, что я хотела услышать. Но сил на то, чтобы спорить с ним, у меня попросту нет. А когда ри-одо Сэтору выносит меня из ритуального зала и моё тело у него буквально выхватывает встревоженный Са-ард, исчезает и последняя возможность настоять на немедленном объяснении. Поэтому я просто позволяю себе свернуться клубочком на груди змея старшего и закрыть глаза.

Потом так потом.

Са-ард

Женя уснула у меня на руках, как только я отобрал её у жреца. Прижалась доверчиво, спрятав лицо у меня на груди, и мгновенно выключилась как ребёнок. Но даже во сне её тело продолжает дрожать. А с губ порой срываются тихие стоны.

Ритуал явно не был безболезненным. И удачным, судя по всему, тоже.

− Что с-с-с ней? – поднимаю тяжёлый взгляд на ри-одо Сэтору.

− Не здесь, − качает он головой. – Ия Исанвиль покажет вам, где можно уложить девочку, и побудет с ней. После этого жду вас в зале бесед. Там я расскажу всё, что узнал.

Бездна. Кажется, всё ещё хуже, чем я думал.

Скрипнув зубами, следую за нукарой запутанными переходами храма. Шоа-дар молчаливой тенью скользит рядом, бросая встревоженные взгляды на Женю.

Исанвиль приводит нас в ту самую комнату, где наша малышка переодевалась перед ритуалом. Её вещи до сих пор аккуратной стопкой лежат на одном из дайратов. Это небольшая келья с минимальным количеством мебели. Но главное, что тут есть довольно просторная и удобная кровать.

Уложив Женю, я тщательно укутываю девочку в одеяло. Скрипя зубами от невозможности согреть её своим собственным теплом. Убрав тёмные кудри с лица, целую в лоб, замирая так на несколько секунд. Она такая маленькая и хрупкая. Такая ранимая, несмотря на свою поразительную смелость и самоотверженность. Как её уберечь? Как защитить от Хаманы и всех её прихвостней? Я не имею права на ошибку. Не имею права потерять её снова.

Выпрямившись, ещё минуту смотрю на Женю, не в силах оставить её. Брат в молчаливом жесте понимания кладёт руку мне на плечо.

− Не беспокойтесь, ни-одо Са-ард, ни-одо Шоа-дар, я присмотрю за вашей невестой, − мягко обещает ия Исанвиль, без труда считав наше нежелание уходить.

Почтительно кивнув подруге императрицы, мы с братом оба покидаем комнату. Уверен, у Шоа накопилось уже множество вопросов. Но он, как и я, понимает, кому их нужно задавать.