Книга Моя ужасная квартирантка, страница 23 – Татьяна Бегоулова

— Поразительно! Вы знаете, господин Мирантелл, некоторые эксперименты Николетты, весьма любопытны с точки зрения неожиданного результата. Я уверен, что рано или поздно, госпожа Рэлли совершит великое открытие!

Грегори жестом приглашая всех к столу, как бы вскользь заметил:

— Мне хотелось бы больше узнать о ваших опытах, госпожа Рэлли.

Ториус удивился:

— Как? Николетта, вы еще не рассказали господину Мирантеллу о своих изысканиях? Это очень, очень интересно!

Больше всего в этот момент Николь хотела, чтобы целитель замолчал. Его идея рассказать всё Мирантеллу не выдерживала никакой критики. Если он прицепился к её внешнему виду, то наличие в замке лаборатории и вовсе не потерпит. Да и Грегори смотрел в сторону Николь с подозрительным прищуром. Она улыбнулась, как могла, пробормотав:

— Я позже вам всё расскажу, господин Мирантелл.

Он кивнул:

— Несомненно.

И Николь, чтобы уже закрыть опасную тему, обратилась к целителю:

— Господин Ториус, а вы что-то уже слышали о ночном нападении?

Ториус, активно работая ножом и вилкой, закивал:

— Слышал. Но боюсь, что знаю, то же, что и все. Но происшествие, должен признать, из ряда вон.

— И вы не знаете именипострадавшего?

— Имя, как раз, знаю. Это мой коллега, целитель Анастас. У него было ночное дежурство, во время которого всё и произошло.

— И что говорят о его состоянии? Надежда есть?

Тут Ториус развел руками, при этом кусок мяса слетел с его вилки и его непродолжительный полёт над столом проводили взглядом все присутствующие.

— Говорят об этом как раз немного и весьма неохотно. А мне трудно судить, поскольку я не осматривал Анастаса и не знаю характер повреждений. Но в любом случае, нападение нежити — это высокий класс опасности. Думаю, больше подробностей мы узнаем из утренних газет.

После ужина Николетта, как и положено воспитанной девушке удалилась, оставив мужчин. Но толком прийти в себя ей не позволили. Прошло не больше двадцати минут, как в дверь постучали. На пороге стояла Маниль.

— Госпожа Рэлли, господин Мирантелл просит вас спуститься в кабинет.

На этот раз в кабинете царил полумрак. Через окно струился свет луны, да магический кристалл, установленный на столе, рассеивал темноту мягким голубоватым светом. Грегори Мирантелл сидел в кресле за столом, но полумрак скрывал его почти полностью, угадывались лишь очертания. Николь остановилась в дверях, с недоумением взирая на утопающую в отблесках кристалла комнату.

— Не удивляйтесь, госпожа Рэлли. Это всего лишь совет целителя Ториуса. Как выяснилось, яркий свет пока мне противопоказан. Усиливает утомляемость. Вы, надеюсь, не боитесь темноты?

Николь не видела выражения лица Грегори, и ей показалось, что в его словах есть намёк на шутку. Разумеется, что может быть смешнее, чем некромант, боящийся темноты? Она осторожно, боясь наткнуться на мебель, прошла ко второму креслу, удачно обогнув старинный секретер и избежав встречи с его острыми углами. Усевшись и откинувшись на спинку кресла, она внутренне подобралась, как человек, готовящийся отстаивать свои права не взирая ни на что.

— Я не боюсь темноты, господин Мирантелл. Но все-таки предпочитаю видеть лицо собеседника.

— Уверяю вас, госпожа Рэлли, вам нет никакой необходимости видеть выражение моего лица. Оно вам ничего не скажет, — бархатный голос словно убаюкивал, усыплял бдительность. Ну или Николь воспринимала происходящее именно так, потому что не была настроена на умиротворяющую беседу.