Книга Попаданка для чудовищ. Без права голоса, страница 95 – Тина Солнечная

Коул встал и на его место подошел Айс.

Как только он начал читать заклинание или что это было, вокруг стало так тихо. Неестественно тихо.

Его голос звучал ровно, спокойно, а вокруг нас комнату заполнял холод. Я видела, как поежился Коул, но мне было тепло. Будто этот холод был и моим тоже.

Он произнес заклинание, и по кругу побежали белые нити, похожие на морозные узоры по стеклу.

Когда он подошёл ко мне, его взгляд был мягким. И он тоже стал на колени.

— Ты — мой свет. Та, кто держит мои границы. Будь моей женой, Катрина.

Он положил третий камень — белый, как первый снег, — рядом с двумя другими в моих руках.Камень был холодным, но не обжигающим. Я не удержалась и потрогала его другой рукой.

Три камня лежали у меня на ладонях, и магия вокруг поднялась, словно поймала ветер, пламя и лёд одновременно.

Шарх положил свою руку поверх моей. Коул — поверх его. Айс — последним, накрывая наши пальцы.

Круг вспыхнул.

Свет, серебро, золото и белый ледяной блеск сошлись в точке — в моих руках.

Три камня поднялись в воздух, вращаясь вокруг меня, переплетаясь потоками магии. Из потоков рождались нити — тонкие, сияющие, тянущиеся друг к другу.

Они сплелись передо мной, потом вспыхнули так ярко, что я зажмурилась, а потом в мои ладони мягко опустилось ожерелье.

Тонкая цепь из света и трёх стихий. И три камня — огонь, воздух и лёд — вплетённые в него, как три сердца.

Шарх ловко застегнул ожерелье на моей шеи, не забыв поцеловать мне плечо.

Магия рванула вверх и закружилась над нами, образуя купол.

А затем мягко опала — будто признавая наш, такой необычный, союз.

Когда сияние последней магической вспышки медленно погасло и тишина легла на зал, будто мягкое покрывало, я ещё стояла, удерживаемая собственным потрясением.

Но долго мне постоять не дали.

Шарх шагнул вперёд, подхватил меня на руки одним движением он поднял меня так уверенно, что у меня перехватило дыхание, и, наклонившись ко мне ближе, прошептал с той своей наглой улыбкой, от которой у любой здравой женщины должны были подкашиваться колени:

— Знаешь, кошечка… самое лучшее в свадьбах — это не клятвы.

Я приподняла бровь. — Самое лучшее — первая брачная ночь, — усмехнулся он и мягко поцеловал меня в губы.

Коул фыркнул, но спорить не стал. Айс ухмыльнулся и сказал, что ему нравится эта идея.

Шарх понёс меня по коридору, не обращая внимания на их реакцию — будто заранее знал, что оба пойдут следом. И они пошли.

Сначала я даже испугалась того, что мы будем вчетвером в спальне, а потом подумала и позволила себе все это прочувствовать.

Стоило двери закрыться, стоило им приблизиться ко мне, страх рассыпался, как пепел под шагами Коула.

И очень быстро я поняла: это не просто возможно. Это… интересно. Опасно-восхитительно интересно.

И дальше всё было невыносимо нежным. И обжигающе жарким. И сладким до головокружения. И таким страстным, что казалось — тело не выдержит. Ониприкасались ко мне нежно, трепетно и очень страстно одновременно. Они целовали так, будто хотели покрыть поцелуями все мое тело.

Если бы у меня был голос, его бы услышали за пределами этого замка. Так хорошо мне было с моими… мужьями.

Мы не заметили, когда закончилась ночь. Магия клубилась под кожей, сбивала дыхание, кружила голову, и каждый раз, когда казалось, что силы иссякли, кто-то из них притягивал меня к себе — и всё начиналось по новой.