Книга Попаданка для чудовищ. Без права голоса, страница 40 – Тина Солнечная

Я качнула головой, показывая, что справлюсь сама.

— Ну, как хочешь, — хмыкнул он, но в глазах мелькнула искра. — Пойдём.

Мы миновали длинный коридор, и Шарх толкнул боковую дверь, за которой скрывался проход вниз. Я была уверена, что уже знаю все пути по первому этажу, но эту лестницу видела впервые. Каменные ступени, ведущие вниз, были узкие и изношенные.

— Здесь редко кто ходит, — пояснил он. — Остальные предпочитают верхние галереи.

Я вопросительно подняла брови, показывая: почему же мы идём именно сюда?

Он ухмыльнулся. — Потому что ты видела дом чудовищ. А я хочу показать тебе настоящий Хабон, о котором все уже давно забыли.

Мы спустились в нижний коридор, где воздух был холоднее и пах влажным камнем. Вдалеке виднелся свет — не ламп, а дневной, солнечный, пробивающийся из-за старых арок.

Когда мы вышли наружу, замок остался за спиной — величественный и немного угрожающий, зато перед нами открылась долина. Горы поднимались стеной, а между ними тянулась тропа, поросшая мхом и травой.

Шарх вдохнул воздух и довольно улыбнулся. — Чувствуешь? Хабон не только камни и проклятия. Он — часть этих гор. Здесь рождаются ветра.

Я подняла взгляд. Небо было высокое, чистое, а ветер — резкий и живой, будто приветствовал нас. От него волосы путались, платье липло к ногам, но внутри почему-то становилось легче.

Шарх посмотрел на меня с чуть прищуренной улыбкой. — Вот. Видишь? Он тебе тоже рад.

Я не знала, о чём он, но в груди действительно что-то дрогнуло — будто это место принимало меня, как часть себя.

Я попыталась спросить можно ли мне тут быть, потому что я была убеждена, что из замка мне выходить нельзя. Он долго смотрел на мои жесты и сказал, что ничего не понял и мне надо просто быть рядом с ним. Я решила больше не настаивать. Наоборот хорошо. Теперь у меня есть вариант как сбежать из замка.

— Пойдём дальше, — сказал он, махнув рукой. — Покажу тебе, как ветер оставляет следы. И, может, ты тоже научишься читать их.

Тропа тянулась в сторону гор, узкая, как нитка, накинутая на склоны. Ветер бил в лицо — чистый, пахнущий каменной пылью и хвоей, с привкусом холодной воды где-то далеков расщелинах. Шарх шёл немного впереди, не спеша, будто прислушиваясь не только ушами — всем телом сразу.

— Хабон стоит на месте, где сходятся ветра трёх миров, — сказал он, даже не обернувшись. — Именно поэтому ритуал мы проводим именно в этом замке. Ветер тянет то, что по другим дорогам не пройдёт.

Я нахмурилась. «Три мира» звучало красиво, но как это работает — не имела ни малейшего понятия. Шарх поймал краем глаза мой взгляд и хмыкнул.

— Ты хоть что-то понимаешь из моих слов? — лениво спросил.

Я качнула головой.

— Вот и хорошо, — усмехнулся он. — Значит, слушаешь сердцем, а не головой. Голова здесь чаще мешает.

Мы вышли на уступ, где трава, тонкая и светлая, шевелилась от каждого порыва, словно кожа у живого существа. Внизу чернела лента ущелья, а над ней крутились птичьи тени.

— Моя сила связана с воздухом, — сказал он. — Движение. Свобода. Всё, что не любит стены и приказы. Если захочешь, научу ловить ритм. У всякого места есть дыхание. У этого — тоже.

Я подняла руку и, медленно проводя ею, показала: если тебе так нужна свобода, почему ты здесь? Пальцы — как крыло, потом ладонь — вниз, к замку.