Книга Попаданка для чудовищ. Без права голоса, страница 100 – Тина Солнечная

А вот в то, что одна моя жизнь может спасти этот город… Боги, я никогда не была альтруисткой. Я не собираюсь меня свою жизнь на жизнь этого города или даже мира… Я оглянулась.

Мужчины пытались улучшить ситуацию — каждый по-своему.

Коул выстраивал огненные стены, перекрывая дорогу тени. Айс замораживал проломы так быстро, что пар поднимался от камня. Шарх удерживал ветер, не давая Тьме сомкнуться вокруг нас, как пасти чудовища.

Но всё это были… крошечные заплатки на ране, которая росла быстрее, чем они успевали её зашивать.

Я понимала это. И они — тоже.

Шарх подошёл ко мне первым. Он всегда говорил правду там, где остальные пытались защитить меня от неё.

Его ладонь легла мне на плечо — тёплая, хотя вокруг гудел ветер.

— Малышка… — его голос был необычно серьёзным. — Мы можем сдерживать это, но недолго. Разлом не остановится. Он наклонился так, чтобы я видела его глаза и ничего больше. Я тонула в них. Кажется, я даже любила их, пусть и не долго. — Только ритуал сможет всё это прекратить.

Он не давил. Не просил. Не приказывал.

Он просто… сказал, как есть. Сказал то, что я и так понимала.

И больше ничего.

Потому что я уже видела — как рушатся дома. Как люди бегут. Как дети рвут голос от страха. Как мужчины, ставшие чудовищами ради спасения мира, стоят перед тьмой, которая всё равно сильнее.

Я кивнула.

Не потому что была готова умереть. Не потому что принимала судьбу. Не потому что верила их дурацкому пророчеству.

А потому что…

Бежать действительно некуда. И потому что… Больно смотреть на мир, который умирает.

И мне было жалковсех этих людей. За детей, которые могли оказаться следующими. А я… Я может вообще в новое тело вселюсь. Почему нет. А там, глядишь, мне повезет немного больше и я проснусь женой какого-то нормального мужчины. У нас будут дети…

Шарх обнял меня крепче, заметив, как я дрогнула.

— Мы с тобой, малышка, — прошептал он. — Всегда.

Шарх не стал ждать ни секунды. Как только я кивнула, ветер вокруг нас будто вздохнул — глубоко, жадно, как зверь, которому наконец позволили сорваться с цепи.

Он провёл ладонью по воздуху — и пространство дрогнуло.

Порыв поднялся под ногами, подхватил меня так резко, что земля исчезла раньше, чем я успела испугаться. Шарх обнял меня за талию, прижимая к себе, чтобы ветер не вырвал меня из рук.

И мы взлетели.

Именно взлетели — высоко, мощно, так, как будто нас швырнуло в небо гигантской рукой.

Я судорожно вдохнула, чувствуя, как волосы хлещут по лицу, как мир превращается в размытые мазки. Мы не падали. Мы не летели. Мы… неслись, унесённые стихией.

«Как Мэри Поппинс… только наоборот», — пронеслось в голове. На удивление, мысль показалась смешной. Страшно — но смешно. Видимо нервное.

— Держись, маленькая. Сейчас будет мягкая посадка.

Это было чистой ложью.

Мы рухнули — или, точнее, ветер аккуратно бросил нас — прямо перед Хабором.

Я тут никогда не была, да и не хотела никогда побывать. Это был огромный зал. Без потолка. Без окон. Только высокие стены, уходящие вверх, а над ними — небо, которое уже начинало темнеть, будто чувствовало приход тьмы.

Посередине зала — круг. Огромный. Древний. Сложенный из разных пород камня, каждая из которых вспыхивала от малейшего движения магии.

Шарх ввёл меня внутрь, ладонь всё ещё удерживала моё запястье — мягко, но крепко. Куда мне бежать? Все, что было у меня в этом мире… Все, кто были у меня… Они либо убьют меня своим ритуалом, либо погибнут сражаясь, а потом… Не было у меня никакой уверенности, что тьма пощадит меня, если я спрячусь в чулан или помчу лошадей на край света.