Книга Жена светлейшего князя, страница 124 – Лина Деева

— Вы хорошо ответили. Даже если это неправда, прозвучало очень весомо.

Подвесной мост пришёл в движение, заранее опускаясь перед нами.

— Это правда, от первого и до последнего слова, — беспечно заверила я, слегка придерживая Серебрянку, которой вздумалось поскакать с Босаном вровень.

Обернувшись, Геллерт бросил на меня испытующий взгляд. Однако место для разговора было неподходящим, и потому вопросов не последовало. Тем не менее я не заблуждалась: как только он выкроит время, мы вновь поднимем эту тему.

И чем позже это случится, тем для меня лучше.

Но пока, стоило нам въехать на широкий замковый двор, как князь попал в оборот с нетерпением ждавших его вассалов. А я, вежливо извинившись, сбежала в лазарет — помогать со сборами.

— Как вы вовремя, ваша светлость! — воскликнула Александрин, лихорадочно румяная и непривычно растрёпанная от суеты. — Рук ужасно не хватает!

— Тогда говори, что делать, — улыбнулась я. И с головой погрузилась в хлопоты по отправке раненых через открытый Хранительницами переход.

Уговоренное с королём затишье нужно было использовать по полной.

* * *

В первый раз далёкий, угрожающий рокот раздался, когда двое «отданных под начало» целительницы солдат (совсем недавно признанных выздоровевшими) под моим руководством бережно переложили на носилки своего тяжелораненого товарища и понесли вниз, в Зал Источника.

— Гроза? — вздрогнув, спросила я сама себя. Хотела выйти и посмотреть, но пересилила любопытство. Пока не вернулась вторая группа наших с Александрин помощников, надо было заняться упаковкой лекарственных трав. И я без лишнего промедления отправилась в сушильню.

Глухие раскаты приближались, словно к замку шла гроза. Однако я не позволяла себе отвлекаться, пока на пороге сушильни не возникла Александрин.

— Ваша светлость, скорее в катакомбы! — голос целительницы звенел от тревоги. — Король вот-вот атакует!

Всё-таки не гроза. И хотя этого следовало ожидать, на плечи мне опустилась неподъёмная тяжесть.

— Но разве тени уже удлинились вдвое? — Разве нельзя было ещё как-то потянуть время?

На лице Александрин отразилось недоумение.

— Ваша светлость?

— Ничего, — взмахнула я рукой и закрыла собранный короб плетёной крышкой. — Травы от лихорадки и жара готовы, можно грузитьих на обоз.

— Хорошо, — нетерпеливо кивнула целительница. — Госпожа…

— Да-да, — перебила я. — Хотя бы тяжелораненых успели переправить… на ту сторону?

Я не сомневалась, что моё иносказание поймут. И не ошиблась.

— Да, — ответила Александрин. — Я только что отправила последние носилки, не тревожьтесь.

— Замечательно. — Я растянула губы в улыбке. — Тогда и впрямь можно уходить. И ты тоже не задерживайся.

— Не тревожьтесь, — повторила целительница, и с этим напутствием я вышла из сушильни.

Ни одна из нас не стала прощаться. Александрин — потому что думала, что мы ещё увидимся. Я — потому что не могла сказать правду.

* * *

Снаружи рокот сделался громче, но синее небо по-прежнему хранило ясность. Только как будто стало ниже, напомнив мне искусственные картины под куполом столичного Храма.

Я очень хотела встретить сенешаля и расспросить его, что происходит и почему король начал действовать так рано. Однако Амальрик, похоже, был занят в Зале Источника, куда я не хотела спускаться ни при каких обстоятельствах. Зато мне навстречу попался сосредоточенный маркиз де Шеро. И, несмотря на явную спешку, не смог лишить меня короткого разговора.