Книга Академия Кроувилл. Наваждение для декана, страница 111 – Наталья Гордеевская

— А строгий декан, — хмыкнул Патрик, разворачивая меня к себе, — только и думал о том, как бы ему не свихнуться от желания зацеловать студентку до умопомрачения!

— Серьезно? — я приложила ладони к пылающим щекам и невольно улыбнулась. — Ты знаешь, что я жутко тебя боялась? Ты был такой строгий, неприступный, холодный и требовательный, что было страшно даже пикнуть не по уставу!

Патрик сделал шаг вперед, удерживая меня за талию и вынуждая отступить назад.

— А ты была такой милой и забавной, и так смешно морщила нос, когда злилась, — прошептал он, глядя на меня потемневшими глазами. — Такая красивая и чертовски желанная…

Я продолжала отступать под его напором, пока не уперлась в высокую кровать, почти рухнув на нее от неожиданности.

Сердце гулко застучало, когда муж рывком сдернул с себя пиджак, бросив его куда-то позади себя.

— А сейчас ты здесь, — хрипло заговорил он, медленно освобождаясь от галстука, — со мной.

Как будто в розовом тумане я наблюдала, как крошечные пуговицы медленно выскальзывали из петель рубашки, которая вскоре отправилась к пиджаку.

От вида его могучего торса во рту пересохло, и я невольно прикусила губу, глядя на гладкую кожу, под которой перекатывались напряженные мускулы. Я догадывалась,что он отлично сложен, но совсем не ожидала, что настолько!

Его руки снова притянули меня к себе, и ловкие пальцы пробежали по спине расстегивая маленькие крючки на платье. Не успела я ничего сообразить, как воздушная ткань скользнула с плеч вниз, оставляя меня в короткой тонкой сорочке и укладываясь вокруг ног пышным облаком.

Кровь зашумела в ушах, и я тихо выдохнула, стараясь унять бешеный пульс. Конечно, я понимала, к чему все идет, а академии для сирот девочки часто хихикали, краснея и зачитывая вслух отрывки из дешевых любовных романов. Но одно дело — слушать, и совсем другое — принимать непосредственное участие!

— Ты дрожишь, — выдохнул Патрик, осторожно укладывая меня на роскошную мягкую кровать. — Почему?

Он навис надо мной, внимательно всматриваясь в мое лицо.

— Я просто… — начала я срывающимся голосом, боясь признаться. — Я никогда не…

Жадный поцелуй захватил мои губы в сладостный капкан, не давая возможности говорить и даже думать. Тело пронзило огненным желанием стать ближе, и я потянулась к мужу, прижимаясь изо всех сил, обхватывая его за шею.

Нетерпеливые руки пробрались под сорочку, обжигая огненными прикосновениями живот, сминая тонкую кружевную ткань панталончиков. Горячая ладонь легла на грудь, дерзко сжимая, и я тихо застонала, вздрагивая от острых чувственных ощущений, разливающихся по телу.

— Сладкая, нежная, — шепнул муж, освобождая меня от сорочки, — как же я хочу тебя, ты себе представить не можешь!

Кожа загоралась под настойчивыми поцелуями, заставляя выгибаться навстречу. Его руки блуждали по моему телу, бесстыдно проникая в самые чувствительные места, заставляя задыхаться и жалобно хныкать, умоляя о продолжении.

Пламя бушевало внутри, захватывая каждую клеточку, разворачиваясь по огненной спирали внутри живота, требуя освобождения и сводя с ума.

— Пожалуйста, — прошептала я, прижимаясь к мужу дрожащим телом. — Я так больше не могу!

Едва уловимое ликование мелькнуло в напряженном взгляде Патрика прежде, чем он хищно обхватил губами розовую вершинку груди, вынуждая обмякнуть и захлебнуться стоном.