Книга Высшая математика, страница 2 – Леся Эм

– Ты что здесь делаешь? – зашипела с ходу.

В первую секунду Кирилл опешил, повернулся вполоборота к выходу, напуганный не меньше меня, отчего я успела выдохнуть с облегчением. Рано. Ведь в следующее мгновение на лице парня расползлась мерзкая улыбка и как в замедленной съёмке, я увидела руку одногруппника, поднимающуюся на уровень груди с зажатым в ней телефоном.

– Кто это у нас тут? – начал дразнить Аксёнов. Мне в лицо подмигнула вспышка, сопровождающаяся искусственным звуком щелчка затвора. – Белые трусы? Кринж, – продолжил издеваться, – и почему я не удивлён?

Схватила джинсы чтобы прикрыть ноги, но поздно вспомнила, что они вывернуты недолжным образом, и благодаря этой заминке "добавила" несколько дополнительных кадров в портфолио. Отбросила обратно на лавку, и предприняла последнюю, как мне казалось, разумную попытку выбраться из этой ситуации сухой. Сделала шаг на встречу к Кириллу, чтобы отнять телефон. Но Аксёнов среагировал быстрее и наглее. Вместо спасения очутилась у самой пропасти. Одним точным и резким движением, парень выхватил из моих пальцев рубашку и отбросил в противоположный угол, оставив на этот раз полностью беззащитной перед камерой.

– И это всё, что ты прятала? – засмеялся он, унизив меня ещё больше, перед тем, как успела прикрыться хотя бы руками.

– Удали! – затребовала.

Но по его усиливающемуся смеху поняла– вступать с ним в полемику в таком виде бессмысленно, важнее одеться. Кинулась вслед за рубашкой, сообразив, наконец, повернуться к парню спиной. Подняла с пола вещь, и даже не отряхивая, нервно засунула в неё руки. Правда, маленькие пуговки, никак не поддавались пальцам, а нижняя часть тела так и осталась прикрытая одними лишь трусами.

– А жопа, кстати, ниче! – отвесил комплимент Кирилл.

Благо, больше не снимал, судя по отсутствию звуков затвора. Обернулась.

– Повеселился? Теперь удали фотографии! – повторила, придавая голосу устрашающий эффект. Не подействовало. Да и звучало это, больше как писк мышонка.

– Обязательно удалю, – ответил парень, мерзко улыбаясь, – сразу, как только весь поток заценит мой талант фотографа.

– Ну, пожалуйста! – сменила тактику переговоров, ведь чувствовала, что не блефует, и стоит сейчас отсюда ему выйти с моими снимками на телефоне, мне придётся менять университет, если не город или жить до конца обучения в лучах позора. Я обязана была любыми способами, заставить его смиловаться и удалить фотографии. Но наши переговоры внезапно нарушил голос ещё одного одногруппника, того, что стоял за дверью и присматривал за внешним периметром. Про него я совсем забыла.

– Кир! Чего так долго? – окрик второго заглушала только дверь в раздевалку. В этот раз я среагировала намного быстрее, мгновенно схватила джинсы, выворачивая и запрыгивая в них, по диагонали дозастёгивая рубашку. Не хватало оказаться в галерее телефона, у ещё одного. Впрочем, этого не произошло благодаря Кириллу, который, воспользовавшись моей заминкой, скрылся, уводя следом и друга.

– Получилось?

– Не! В другой раз. Валим.

Услышала часть разговора, останавливая себя у двери. Выйти в таком виде не могла, нужно было перестегнуть пуговицы рубашки и вернуться за пиджаком. Последние слова затихли вместе с удаляющимися шагами, с которыми уходили и мои фотографии. Была уверена, что первым же делом Кирилл продемонстрирует их лучшему другу, а следом отправит, словно голубей по чатам одногруппников. Зато больше не торопилась. Напротив – присела на скамейку, покрываясь липким потом под пиджаком. Прокручивала в голове лица студентов, со смешками на губах. Их издевательства, подколы и гнобления. А ещё, то, как один, особо сердобольный, покажет компромат декану и меня вообще исключат, чтобыне бросала тень на приличное учебное заведение. Дальше меня пригласят на съёмки в "Пусть говорят", где выкрутят всё, так будто фотографии делались для порносайта в категорию «Развратные студентки». Зафиналят всё родители фразой – опозорила семью.