Книга Одержимость. Заставлю тебя, страница 21 – Леся Эм

— Нет, нет, не надо, пожалуйста...

Руками, которые так старательно ещё секунду назад держала при себе, ухватились за его запястье, пытаясь избавится от вторжения. Изо рта парня послышалось раздражённый вздох.

— Да я расслабить тебя хочу... — пояснил, будто не понимая, что добился своими действиями противоположного эффекта.

— Убери… — захныкала Соня, — ну, убери, не надо…

Но Артём не только не убрал руку, но ещё и, упрямо уставившись в её лицо, дожал, углубляя пальцы до конца, а после сделал несколько поступательных движений. И хотя действовал вроде бы аккуратно и не резко, но казалось, карябает её ими изнутри. Соня была на грани того, чтобы расплакаться. Сдерживала слёзы, с силой закусывая нижнюю губу и шмыгая носом. Но пытка продолжалась недолго. Правда, вытащив пальцы, саму руку Артём убрал не сразу. Вначале размазал круговыми движениями по промежности ту небольшую влагу, что осталась на пальцах. И только после отстранился. Соня тут же с облегчением выдохнула. Парень на это, напротив, раздражённо сжал челюсть.

Затем звякнула пряжка. Послышались разрезающий пространство звук молнии и шелест фольги. Слёзы снова подкатили к глазам. Но ограничилась коротким вдохом, останавливая их.

Когда Артём шагнул ближе, пряжка лязгнула где-то в районе колен, стукнувшись об ногу. Такая холодная и неприятная, что по коже побежали мурашки, но парень быстро разомкнул контакт, подхватывая Соню под ягодицы руками, отрывая от пола. Усадил на себя, так что она оказалась с ним лицом к лицу.

— Кофту подтяни, — короткое распоряжение и прямой взгляд. Не выдержала, потупила свой, но приказ выполнила. Чуть дёрнула зажатую между ними ткань вверх, освобождая из плена.

— Теперь ногами обхвати за пояс, — следующий приказ.

Снова подчинилась, хотя второе указание было ещё менее приятное, чем первое, тем более пришлось схватиться за его плечи, чтобы не упасть. Головка члена тут же мазнула по промежности, отчего Соня неосознанно напрягла ноги, чтобы приподняться и избавится от контакта. Впрочем, Артём не торопился, а Соня и сама не знала, чего больше хотела: чтобы оттягивал неизбежное как можно дольше или чтобы скорее начал и быстрее кончил, желательно, как в прошлый раз. Лучше всего, конечно, былочтобы у него не встал или прямо сейчас упал, но понимала, что на это рассчитывать не приходилось.

Артём подтвердил:

— Попробуй не зажиматься, — качнул её на руках, упирая спиной в стену, — ты очень узкая, мне тяжело в тебя входить, и от этого тебе может быть неприятно.

Взгляд взметнулся на его лицо.

Неприятно? Он переживал, что ей может быть неприятно? А когда брал её в туалете, о чём он думал? А когда вчера обещал не трогать? Да и потом, на что он рассчитывал? Что если она расслабится, то сможет почувствовать к нему что-то кроме отвращения?

Хотелось сказать ему это всё в лицо, но вслух не произнесла ничего, только сильнее отвернула голову вбок и, как ни смешно, сжалась больше. Раздражённый рваный выдох послышался у щеки.

— Делаешь хуже только себе, — после чего опустил её чуть вниз и одновременно с этим качнулся бёдрами вперёд, начиная проникать внутрь. И Артём не врал, было неприятно. В прошлый раз Соня так сильно сконцентрировалась на ожидании боли, как тогда, в колледже, что не почувствовав её, остальное восприняла почти не заметным, но сейчас она ощущала каждый сантиметр, на который он погружался в неё. И несмотря на то, что боли всё так же не чувствовала, организм физически отказывался принимать вторжение. Только Артёма это не остановило, и он, чуть отстранившись назад, снова накатил, потом ещё раз, и ещё. С каждым разом проникал всё глубже, пока не прижал всем телом, заполнив до основания.