Книга Двое и «Пуля», страница 46 – Галина Чередий

Я сдернул ее с плеча в лифте, чтобы глянуть в застывшее, словно маска смерти, лицо и стоять на ногах Лав не смогла — стала оседать с закрытыми глазами, как если бы и правда лишилась всех костей.

— Эй, Лав, какого хрена?! — тряхнул я ее. — Глаза открой и дыши давай! Все нормально!

Двери лифта распахнулись и пришлось опять тащить ее на руках, потому что реакции не последовало, а не лупить же ее по щекам тут. В лифтах все пишется, потом вопросы будут и опять же, дойдет до кого не надо. К тому же, я сейчас совершенно не мог ручаться за себя.

Гадство, ну почему я раньше-то не догадался, почему не понял все о ней? Ясное дело, не до того было в том ангаре, где я зажал Лав впервые, но позже-то мог пошевелить извилинами и задаться вопросом почему лютая злость тогда так мгновенно откатила. Я в ней женщину не видел тогда, и позже, каждый раз когда она пугалась, но ведь шевелилось оно… первобытное что-то, глубинное, исконно-животное, такое, что желанием не зовут и влечением тоже. Потому что оно —  какая-то первородная похоть, которая никаких твоих там вкусов-предпочтений-самоконтроля-логики в расчет не берет. Потому что оно в нас задолго до всего разумного и цивилизованного поселилось, оно в клетках и костях, в инстинктах, наличии которых старательно у людей всякие умники от науки отрицают.

— Лав, хорош меня пугать, хоть слово скажи уже! — потребовал я на ходу.

— О… отпусти… — наконец шевельнулась Лав и тут же дернулась,как от удара шокером, распахивая глаза и завопив. — Отпусти-и-и!!!

Я послушался, спустив ее с рук и привалив спиной к стене. Она бочком стала отходить от меня на подгибающихся ногах, вертя головой и тараща свои огромные глазищи с очень четкими сейчас всполохами. Она будто пыталась нашарить ими в окружающем пространстве кого-то или что-то, но к счастью, сейчас в этом коридоре мы были совсем одни.

— Их нет?

— Кого?

Лав не ответила. Еще какое-то время она продолжила высматривать кого-то, дыша все ровнее и наконец посмотрела на меня. Так, будто только сейчас увидела и некоторое время ей понадобилось на узнавание.

— Я не хотел тебя пугать, Лав. Не знал, что у Фогеля как раз компания собралась, честно. Коммуникатор же мой вышел из строя еще на Рагунди, а прямого доступа в базу Рама-Си для внутренней связи у меня нет. — я для наглядности даже постучал пальцем по своему виску, объясняя, что не могу тут напрямую к сети подключиться.

— Что? — переспросила девушка, моргая, как только что разбуженная и будто ни одного моего слова и не услышала.

— Я не хотел тебя напугать. — повторил как можно спокойнее.

— Да? — переспросила она.

— Да.

— А что хотел?

— Купить тебе тестер светового спектра, договориться насчет доков и провизии. — а еще я жуть как хочу, чтобы ты никогда вот так не каменела от ужаса, взрываясь в окружающее пространство этим бешеным потоком внушаемой похоти.

Не понял, не догадался я, идиот и тогда, когда счел забавным подойти к ней почти голым после душа, а она из кресла пилотского выпрыгнула, грозилась корабль с курса сбить и угробить обоих. Ну разве можно было вожделеть ее тогда, грязно-патлатую, в рванье и сбитых в мясо ботинках, воняющую крысиными норами нижнего уровня? Просто адреналин типа от радости, что вырвался, что жив, что хоть не подыхаю от жажды и не чешусь от шахтовой грязи. Я просто был жив и хотел безадресно, вот чем я объяснил тот мгновенный острый импульс тогда. А это была Лав. Каждый раз это была чертова вурдова девчонка, которая понятия не имеет, что творит. Или имеет и просто так искусно притворяется? Ну нет, может я не великий знаток лицедейства, но такое, как сейчас не сыграешь. И опять же, Яноро говорил, что все только при реальном испуге работает…