Книга Айрон и Марион, страница 111 – Кира Райт

Возможно, он делал это всё под нажимом Айрона, конечно. Или во имя идеи найти спасение в моей дочери, которая с рождения оправдала надежды всех и в ходе простенького проверочного ритуала подтвердила наличие нужной для обряда магии. Мы решили, что это произойдёт, когда наша малышка войдёт в более сознательный возраст и сможет осознать всю ценность и важность происходящего.

Хотя с пылкостью моего супруга, вероятно, дочерей у нас будет гораздо больше, чем одна. И тогда возможно кто-то из них возьмёт на себя эту роль.

После того, как обходными путями Айрон обошёл обет молчания и смог поведать мне часть истории с зеркалом, мы заперли его в королевской сокровищнице с дополнительной охраной. Избавляться от такого редкого артефакта было бы глупо, но и нельзя было позволить, чтобы он попал к кому-то в руки. Ведьтеперь показывал и нашу малышку. А кто и в каких целях захочет это использовать, было неизвестно.

Но мы оба верили в лучшее будущее и не сомневались в том, что наша дочь сможет за себя постоять при случае. Ведь в ней была кровь её родителей, а главное — такой магический потенциал, которым прежде не обладал никто из известных нам предков. Даже мой великий дед явно спасовал бы перед правнучкой.

Сама я наконец тоже могла упростить себе жизнь, окончательно освоив магию. Оказалось, что это просто невероятно удобно иметь возможность перемещаться куда угодно в любое время, подогреть себе воды или создать какую-то вещь просто по щелчку пальцев. Хотя чаще мои желания исполнял Айрон, стоило только о них намекнуть. Пусть он не читал мои мысли, но всегда внимательно слушал, что я говорю, стараясь предугадать заранее. И с каждым новым днём нашей совместной жизни он становился всё более заботливым и нежным. Особенно заметна была его мягкость, когда брал на руки нашу малышку.

Мы не расставались с ней ни на минуту. Даже взяли с собой на приём к королю моей страны, получать благодарность за расследование о лаборатории. Я стала местной знаменитостью. И если прежде на меня смотрели здесь с презрением, то теперь мечтали взять автограф.

Однако не скажу, что это было очень важным для меня. Теперь самым главным стало другое. Наша семья, моя любимая работа в государственной газете на родине моей малышки, долгие разговоры с Айроном, время, проведённое с отцом.

Несколько раз мы навещали княгиню Иванеллу. Мелком я заметила лучащегося от радости Мартина, пробегающего по двору, залитому солнцем. А встречал нас безукоризненный Вальтер, одетый с иголочки и, конечно, без всяких подчиняющих полосок на теле. Пусть до момента его освобождения пока ещё не прошло нужное время, но здесь он уже чувствовал себя свободным и сам пожелал оставаться в качестве наёмного помощника в доме доброй женщины, которая своим неравнодушием вновь подарила ему веру в лучшее.

На мой особняк мы наложили заклинание стазиса, чтобы не приходилось слишком часто наведываться. Но порой меня тянуло именно сюда, и я ходила по лестницам, поглаживая перила, выглядывала из окна кабинета во двор, вдыхала такой знакомый аромат. Только спустя время поняла, что не смогу продать свой небольшой замок. Хоть здесь я ине была особенно счастлива, но именно тут жили мои предки.

Любовь к своей родовой истории привил мне Айрон. Он считал, что какими бы не были наши прародители, почитать их необходимо. А если кто-то в прошлом совершил ошибки, то их поступки следует не порицать, а исправлять. Он гордился, что смог найти выход, который искали так долго другие. Но больше гордился тем, что уговорил меня стать его женой и родить ему дочь. Говорил, что увидев меня впервые, уже знал, что мы созданы друг для друга, просто не мог тогда правильно сформулировать свои мысли и осознать чувства.