Книга Поцелуй на удачу, страница 87 – Кира Крааш

— Эмма, ты не алхимиков сегодня проводила вечером случайно? — вкрадчиво поинтересовалась я.

— Причем тут я вообще? — отмахнулась подруга. — Ты меня не слышала? Кто-то в тебя влюбился!

— Ты это по каблуку определила? — уточнила я.

— По примете. Примета — верная! — горячо убеждала меня подруга.

Внутренний голосок противненько шептал «Пусть это будет Виктор, пусть это будет Виктор!».

Но, как сказал ректор, меня воспитывал генерал Лаян, а не няньки-мамки, и я не верила во всякую суеверную чушь. В конце концов, мы же живем в век магической науки, а не в дремучем средневековье!

— Полная чушь, — отрезала я и ушла в ванну, пока Эмма еще чего не придумала.

Но предательский внутренний голосок отказался подчиняться эволюции и продолжал терзать меня.

Пусть это будет Виктор, пусть это будет Виктор…

Я думала, что в последний день Виктор будет гонять нас и в хвост, и в гриву, но, удивительное дело, капитан даже не назначил тренировку. Сказал лишь, что вечером перед соревнованием вся команда собирается у него в комнате, и мне тоже следует зайти, чтобы не отрываться от коллектива.

Так что утром дня перед соревнованиями я просто лежала в кровати и смотрела в потолок.

Потолок в комнате был простой и беленый со старым желтым разводом в одном углу. Эмма откуда-то узнала, что два года назад над предыдущими жильцами этой комнаты жили боевые магички, которые пытались постирать свое бельишко с помощью стихии воды.

В этой ситуации меня больше всего поражал не факт попытки постирать шмотки боевыми заклинаниями, а то, что Эмма эта выяснила. Мне иногда казалось, что бытовой факультет у нее для отвода глаз, а сама она по ночам бегает в военную академию разведки и стажируется там.

— Ты чего лежишь? — спросила соседка, уже вернувшаяся из ванной. — Тебе не надо спешит на полигон стрелять и отжиматься?

— Капитан сегодня нас отпустил, — отозвалась я, присаживаясь на кровати. — Так что я наконец-то дойду до пар и узнаю, не отчислили ли меня за непосещение.

— Тебе все проставят «отлично», если хорошо сыграете, — отмахнулась Эмма.

— Если, — кивнула я, нащупывая тапочки.

— Что за сомнения в нашей прекрасной команде⁈ — возмутилась подруга.

В ответ я лишь пожала плечами:

— Пока сложно сказать, что получится. Я же никогда не играла.

— Иди и помой голову с мылом! — Эмма ткнула пальцем на дверь.

Вид у подруги был воинственный и решительный, а фанатичный огонь в глаза — пугающий. Так что я поспешила ретироваться, чтобы не вляпаться в лекцию о том как велик и могуч наш капитан и что аэрен самое лучшее соревнование на всем белом свете.

Пару раз мне просто не хватало ума убраться с глаз Эммы и приходилось все это слушать. Но если раньше это были просто какие-то абстрактные люди и непонятные термины, то сейчас ее пылкая речь уже не будет белым шумом.

А у меня и так что-то переизбыток аэрена в жизни.

Но очень скоро пришлось признать, что теперь я у людей четко ассоциировалась с предстоящими соревнованиями.

— Норд, отойдите от плиты, — кинула педагог по кулинарии, едва я подошла разжечь очаг.

— Почему это? — возмутилась я,быстро прокручивая в голове все прегрешения, которые могли бы рассердить госпожу Ванни. Ее-то предметы я еще не успела прогулять, хотя отметилась почти у каждого преподавателя.

— Потому что если ты поранишься, то не сможешь играть завтра, — заявила женщина.