Книга Присвоенная по праву сильнейших, страница 39 – Наташа Фаолини

А я не хотела показывать, что мне неприятно.Потому что любила. Я улыбалась через силу, говорила, что мне все нравится… а потом.

Он ударил меня прямо по лицу и сказал, чтобы я убиралась и не лезла к нему со своими нежностями.

Я плакала и признавалась ему в любви, а он снова ударил…

Вот и весь мой опыт с мужчинами. Меня выбросили, как ненужную вещь.

Поэтому я не могу понять… почему я всем им так нужна? Я не просто обычная девушка я… испорченная тем парнем. Никчемная.

Мое тело, до этого отзывавшееся на их ласки, внезапно становится деревянным. Дрожь удовольствия сменяется дрожью ужаса. Взгляд стекленеет, я больше не вижу ни огня в камине, ни лиц этих мужчин.

Я вижу только ту старую, обшарпанную комнату и его злое, презрительное лицо.

Ульф замирает надо мной.

— София? — его голос, только что бывший хриплым от страсти, становится резким и требовательным.

Он видит, что я не реагирую. Видит слезу, медленно скатившуюся по моему виску.

— Что с тобой?

Я не вижу, но чувствую, как его он медленно и осторожно тянет край шелкового халата, прикрывая мою наготу от пояса и ниже. Это жест, полный неожиданного уважения.

— Я… — хриплю, — не хочу быть вещью…

— Смотри на меня, София, — выдыхает Ульф, его голос — сплав стали и огня. — Его нет. Тот, кто причинил тебе боль, — прах. Он ничто. Ты слышишь меня? Есть только я. Есть мы. Ты — наш дар, ничего не бойся, маленькая, — его слова опаляют мою щеку теплом.

Его слова, властные и гипнотические, начинают пробиваться сквозь пелену ужаса.

— Он был слабак, звездочка, — хрипло добавляет. — Слабаки причиняют боль, потому что боятся силы. А в тебе силы больше, чем во всех нас. Мы ее не боимся. Мы ее жаждем.

Он снова целует меня, на этот раз нежно, но настойчиво, стирая соленую слезу с моей щеки.

— Ты не вещь, София, — шепчет он мне в губы, и в его голосе звучит почти болезненная искренность. — Вещи можно заменить. Тебя — нет. Ты одна такая. И ты наша.

Я все еще напугана, но ужас отступает, сменяясь растерянным, невозможным чувством… что меня впервые в жизни не хотят выбросить. Меня хотят удержать. Всеми силами.

Резко выдохнув, я смотрю в глаза Ульфа. Страх покидает мой разум, вновь сменяясь желанием.

Подняв ладошку, я прикасаюсь к его щеке.

В его взгляде на мгновение проступает нежность, а потом вновь сменяется обычной силой,будто он пытается скрыть свои настоящие чувства.

— Я могу показать, происходящее между мужчиной и женщиной может быть приятным, хочешь? — шепчет он, наклонившись к моему уху. Я чувствую, как его сильный торс касается моего тела, груди.

Ощущаю, как жар возвращается к моим щекам, прокатившись по всему телу.

— Да, — выдыхаю я, прижав ладошки к груди.

Для меня наша ночь проходит невероятно быстро, полная страсти…

Ближе к полуночи мое тело покрывает поцелуями уже Вард…

Мои крики постоянно тонут в его требовательных поцелуях.

Он заполняет собой всю мою пустоту, весь мой страх, всю меня. Боль и наслаждение сплетаются в одно, заставляя выгибаться ему навстречу.

Он движется — мощно, уверенно, забирая то, за что сражался.

Я цепляюсь за его широкие плечи, теряя себя.

Напряжение нарастает, превращаясь в невыносимую, сладкую агонию, но это… это не больно.

Я чувствую, как под моими ладонями перекатываются его могучие мышцы.

Закрываю глаза, сосредотачиваясь на этом прикосновении.