Книга Забытая жена из горного края, страница 39 – Ника Цезарь

— Нет! — излишне резко сказала я, не замечая недоумения, отразившегося на лицах спутников. — Мы здесь не останемся! — обвела взглядом приветливую полянку. Теперь она виделась мне иначе.

Путники, находя её, радовались мнимой безопасности, их бдительность ослабевала, и они не замечали притаившуюся в лесу опасность. Несчастных не было видно с дороги, а потом их и вовсе скидывали в ту загнивающую заводь…

— Лучше переночуем в менее благоприятном месте, но зато останемся живы, — буркнула я. — Скорее! У вас двадцать минут на сборы.

Выехали мы через десять. Каллум и Грэхем, уловив во мне тревогу, и вовсе обнажиликороткие мечи; до этого я даже не обращала внимание, что они были приторочены к их широким поясам. Это дарило мне мнимую безопасность, хоть первые мили я и вздрагивала при каждом неизвестном шуме. Но потом меня взяла злость из-за моей несообразительности. Я теперь магичка, а значит, могу защитить не только себя, но и своих людей! Нужны только знания, а потому, вытащив записи, я с удвоенным энтузиазмом бросилась их штудировать, не теряя и минуты.

— Ты сегодня молчалива. Что-то случилось?

— Дядя дал добро на путешествие. Мы выезжаем через три дня.

— Так это же хорошо! Не так ли? Ты сама говорила, что сможешь провести ритуал на месте силы.

— А после я подслушала, как он с облегчением говорит своей супруге, что не нужно будет устраивать траурных погребений, раз я умру вне стен замка. Он сказал: «Можно будет с размахом отпраздновать моё законное вступление в наследство, а то эта слабачка даже умереть достойно не может. Ходит, словно тень, цепляясь за жизнь…»

— А что же его жена?

— Отправляется в город за лучшими платьями для жены лорда Йолайр, пообещав заехать в храм и молить Мать Сущую, чтобы она не оставила их надежд. Порой я не понимаю: почему так цепляюсь за эту жизнь? Для чего? Может, стоит опустить руки? Я ведь никому не нужна…

— Отбрось эти жалкие мысли. Ты цепляешься за жизнь, потому что ты — храбрая девочка! Если люди, что вокруг тебя, этого не ценят, нужно осмотреться и найти других! Ты говорила о кузине, тётушке… но если их тебе мало, то подумай обо мне! До тебя я не знала, что можно оставаться такой доброй, но при этом иметь железный стержень внутри. Без него невозможно было бы узнать столько о магии и придумать такой отчаянный ритуал. Уже сейчас ты для меня — это то мерило, по которому я буду равняться!

* * *

Ночью я не спала, зато днём в телеге под мерный скрип колёс позволила себе пару раз отключиться. Воздух был чист и упоительно сладок.

Мне было неспокойно. Стоило побывать в дебрях и узнать, что бывает с расслабившимися путниками в этом волшебном мире, как чувство моей безопасности испарилось. Меня не радовали ни припрятанные деньги, ни горжет, ни красота края, по которому неспешно катила наша телега. Мой мозг лихорадочно искал выход.

Мои спутники же старались лишний раз меня не трогать, то и дело посматривая с недоумением. Только мальчишка — Дави — смотрел на меня с немым восторгом, граничащим с преклонением, отчего мне было дико встречаться с его обожающим взглядом.

Кенай же была равнодушна к тяготеющей над нашей группой недосказанностью, словно людские страхи и сомнения ей и вовсе чужды, и с восторгом крутила головой, продолжая находить где-то дикие яблоки и подкармливать лошадь. Только Давина не боясь подходила к девочке, а вечеромперед сном и вовсе больше чем по получасу расчёсывала ей волосы, что в свете огня от костра стали казаться тягучим расплавленным серебром вместо зеленоватых сосулек, обрамлявших её лицо, когда она вышла из той гиблой заводи.