Книга Баллада о зверях и братьях, страница 73 – Морган Готье

— Какого чёрта ты творишь? — выплёвываю я, задрав подбородок в вызове, хоть Атлас явно держит верх.

— Я? — его тон не менее колючий. — Какого чёрта тытворишь?

— Разве не очевидно? Принимаю ванну…

— Нет! — он перебивает меня и заходит внутрь, закрывая за собой дверь, запирая нас вместе. — Я говорю о том, что было раньше, в школе. Сначала ты дерёшься со мной так, будто хочешь убить, а потом целуешь.

— Разве я не должна побеждать в дуэли всеми доступными средствами? — отвечаю я, и мы оба понимаем, что это жалкая попытка оправдаться.

Уголок его рта дёргается.

— Планируешь целовать всех своих противников?

— Звучит как ревность, Атлас.

— Назови это любопытством.

Я устраиваюсь поудобнее в тёплой воде, делая вид, что его присутствие меня не волнует, хотя внутри у меня всё трепещет, а сердце бешено колотится.

— Разве тебе не стоит гордиться? Твоя ученица быстро учится.

— Моя ученица, — он произносит это слово так, будто оно горчит у него на языке, — стремительно лезет мне под кожу.

— Ну пожалуйста, — отмахиваюсь я, разбрызгивая каплипо комнате. — Я под кожей у тебя с самого первого дня.

— Казалось бы, за всё это время я бы уже привык к тебе и не испытывал бы этого непреодолимого желания столкнуть тебя в канал.

Я закрываю глаза, снова откидывая шею на край медной ванны.

— Ты будешь скучать по мне, когда я уйду.

Когда в ответ слышна только тишина, я открываю глаза, ожидая, что Атласа уже нет, но он до сих пор стоит и смотрит на меня с печалью в глазах.

— Почему ты говоришь такие вещи? — спрашивает он.

— Что именно?

— Что ты уйдёшь. Что я буду скучать.

— Это шутка, — ёрзаю я под водой. — Уверена, ты уже считаешь дни до того момента, как наконец избавишься от меня.

— А что, если я не хочуот тебя избавляться?

У меня перехватывает дыхание, я едва могу сглотнуть пересохшим горлом.

— Полагаю, поцелуй сильно ударил тебе в голову, — пытаюсь пошутить, чтобы разрядить напряжение между нами.

Атлас отталкивается от двери и приближается к ванне. Опускается на колени, чтобы оказаться со мной на одном уровне, и кладёт руки на бортик ванны.

— Когда я поцеловал тебя в Баве, это было, чтобы избежать поимки. Когда ты поцеловала меня сегодня, это было, чтобы вывести меня из себя. В следующий раз, когда мы поцелуемся, это будет что-то значить.

— Еслимы ещё раз поцелуемся, — вызывающе шепчу я.

Он улыбается, и это поджигает мою душу.

— Это всего лишь вопрос времени, прежде чем один из нас станет жертвой другого, принцесса.

От его взгляда у меня заныло внизу живота. На секунду мне хочется затащить его в воду, но навязчивые мысли улетучиваются, когда он встаёт.

— Кстати, стрэнлис, — бросает он небрежно, кидая мне озорной взгляд через плечо, направляясь к двери, — пузыри скрывают не всё.

Мои глаза расширяются, и я швыряю в него кусок мыла, но он ускользает от удара, проскальзывая за дверь, снова оставляя меня одну.

Демон.

Он раздражает меня и заводит одновременно. К счастью, он либо не заметил, что мои руки светились, когда ворвался, либо ему было настолько всё равно, что он не удосужился это прокомментировать. Мысль о том, что он застал меня за самоудовлетворением, представляя, как егорука между моих ног, заливает мои щёки краской. О, звёзды! А что, если бы он подождал ещё пару минут и застал бы меня, когда я…

Я отказываюсь заканчивать эту унизительнуюмысль.