Книга Королевство теней и пепла, страница 42 – Дж. Ф. Джонс

— Говорят, это правда, — негромко продолжила Алина. — Насчёт её глаз.

Эш напрягся, стиснул челюсть:

— Это просто г-глаза, Алина.

Она пожала плечами, будто равнодушно, но в глубине карих промелькнуло, прикидывает, считает:

— Допустим.

Она взяла небольшое медное колокольчик и позвонила. За дверью мягко прозвучали шаги.

— Продолжим завтра, — легко сказала она, поднимаясь. — Пора готовиться к ужину.

В дверь тихо постучали, служанка проводит принцессу к омовению. Когда Алина вышла, Эш устроился на каменном подоконнике, свесив ногу в пустоту.

Часть его боялась приезда вивериан и ненавидела навязанную свадьбу. Он не хотел жениться, пока нет. Но теперь внутри что-то неизбежно шевельнулось.

Принцесса была не как прочие. Драконийки — золотая кожа, волосы — пламя или солнечные нити, тёплые глаза. Она — совсем другая. И дело не только во внешности.

Это женщина, которая, проходя, притягивает взгляды, и так же легко перережет их в споре.

А это опаснее всего.

— Н-некрасиво п-прятаться в тени, — буркнул Эш, глядя в тёмный угол. Тень отлипла от стены — Хаган. Криво улыбнулся, вышел к подоконнику и сел рядом — по-старому, просто. Взгляд — в город под стенами, в свет умирающего дня.

— Ты п-прячешься от моей сестры.

— Ничуть.

Эш фыркнул — ложь. Дальше он не полез. Уже пытался, слишком много вопросов, в ответ тишина и зажатая челюсть. Пусть сами распутают свою войну, войну без победителя.

— Вечером Открывающий пир, — сказал Эш.

— Слышал, — голос ровный, взгляд далёкий. — Нервничаешь из-за танца при всех?

Эш покачал головой. Танец его не ломал, как речь. Движение — это всего лишь другой ритм. Слова были его полем боя.

— Я бы надел доспехи, —лениво усмехнулся Хаган и хлопнул его по ноге. — Принцесса, похоже, перережет тебе горло раньше, чем даст вести себя по залу.

Эш тихо усмехнулся. Мысль — не из пустых.

Улыбка у Хагана исчезла так же быстро. Лицо потемнело:

— Их здесь не примут. — Эш застыл. — Драконийцы никогда не примут виверианку королевой.

Конечно. Сама мысль смешна. Тем более с ведьмиными глазами. Принцесса Теней, шагнувшая в Королевство Огня. Как отец, король Иган, счёл этот брак возможным? Почему двор не задал вопросов, не спросил о крови в её жилах?

Эш промолчал. Нечего говорить.

Хаган поднялся; сапоги скребнули по камню:

— Мне пора. Алая гвардия готовится к вечеру.

Сегодня небольшое собрание в честь прибытия вивериан, а завтра начнётся настоящее: один за другим прибудут остальные королевства, и впервые за годы все семеро окажутся в одном месте.

Слишком долго они жили порознь, связи треснули после войны, что стерла восьмое — Королевство Магии. Теперь, после лет тишины, их снова ведут, ради брака, который должен залечить древнюю трещину, связать два Дома, веками ненавидевших друг друга.

Эш не был уверен.

Сотрёт ли вековую ненависть один союз? Мысль тревожила. «Это всего лишь брак», — сказал он себе, но слова звякнули пусто.

Это — не «всего лишь».

Это — его брак.

Это — союз. Договор, вписанный в клятвы; узел, призванный стянуть раны, уходящие глубже памяти.

— Будь осторожен, Эш, — сказал Хаган.

Он редко думал о браке. Всегда знал: не ему выбирать невесту; любви в этом нет. И оказался прав.

Теперь он должен жениться на виверианской принцессе, которую не знает. Лишь после церемонии, когда долг свяжет их, он узнает, кто она. Мысль саднила странным, неровным.